Когда пришла моя семнадцатая весна, глава нашего рода, и рода моего жениха, объявили о помолвке, о крепком союзе наших семей. Был большой праздник, после которого мне положено было начинать собирать приданое, и готовиться к свадьбе. Для каждой невесты это очень радостное событие, и я окунулась с головой в эти приятные хлопоты, даже не подозревая, что никогда не ступлю в священный храм Ирии20 в свадебном наряде.
В это время в наше королевство прибыли послы из Асгарота. У нас его называли Темным миром, ведь темных народностей у них и не перечесть. Они должны были решать какие-то вопросы торговли и обучения ремеслу. Мы, молодые девушки, редко задумываемся о политике и государственных делах, потому не вникаем в дела мужчин, а зря.
Прибытие чужестранцев выпало на праздник Весенки, когда после первой весенней луны возносят благодарения Ирии за весеннюю благодать. Три дня проводились обряды, после чего устроили большие гуляния. Так было каждый год, с песнями и плясками, а кому, как не юным эльфам хочется повеселиться от души.
Мы, с сестрой и подружками, тоже пошли на цветочную площадь танцевать. И кружились, и смеялись, музыканты умело сменяли мелодии, чтобы гости успевали отдохнуть, и с новыми силами пуститься в пляс. Именно там я встретила твоего отца. Мы столкнулись случайно, был веселый хороводный танец, когда пары, достаточно быстро менялись местами. Кажется, я наступила ему на ногу, он что-то проворчал в ответ, но хоровод уже развел нас, и я не услышала его слов. Только его черные глаза все мерещились мне повсюду, и я уже не могла спрятаться от этого наваждения. Черные как ночь, ужасные и настолько притягательные. Куда бы я ни направилась в тот вечер, везде ощущала взгляд этих глаз. Казалось, они смотрят отовсюду, из темных провалов окон, из-за соседнего плетня, и даже из темной водной глади колодца. А я уже не могла не думать об этом странном мужчине.
Вдоволь навеселившись, мы с сестрами поспешили домой, и даже засыпая, мне чудилось, что черноглазый незнакомец где-то рядом. А на утро я нашла на подоконнике василек и маленькую записку. «Твои глаза, словно два василька» - так было написано в ней.
Весь день мама и бабушка, занимали меня предсвадебными хлопотами. По десять раз переписывали списки гостей, пересматривали меню. А что было со списками приданого, которое требовалось собрать невесте… В общем, они совсем вымотали меня, а я так и не смогла сосредоточиться. В один момент я поняла, что мне стало не интересно, сколько пуховых перин и покрывал, вышитых шелком, мне отдадут.
Вечером, когда я собиралась ко сну, он пришел ко мне, твой отец, Ясгар. Через окно, если тебе так интересно. Да, тайно. Я могла его выгнать, и он мог уйти, но ни он, ни я, не смогли этого сделать. Если я скажу тебе, что разговаривали всю ночь, наверное, ты мне не поверишь, так что я не буду врать. Мы совсем не разговаривали. Когда он ушел, я поняла, что не смогу полюбить ни одного мужчину, кроме него. Как романтично, подумаешь ты.
Но, вместе с великим познанием счастья любви, на меня обрушилось и еще одно знание – огромного беспросветного горя. Помолвку я разорвать не могла, выйти замуж за любимого демона, я тоже не смогла бы. Ни одна из сторон не дала бы добровольного согласия. Наша любовь изначально была рождена под несчастливой звездой. Пока дипломатическая делегация пребывала в Илтуине, мы продолжали встречаться тайно, хоть и знали, что наши чувства сгубят нас, рано или поздно. Каждая минута дарила нам покой и радость, мы как будто страдающие жаждой странники, старались напиться ею впрок, ведь всему приходит конец.
Через луну демоны засобирались домой. Ясгар не хотел ехать вместе с ними, он собирался просить моей руки. Я отговорила его. Ты можешь осудить меня, но на моих запястьях уже были обручальные браслеты, снять которые я не могла. Он предлагал выкрасть меня, сбежать вместе, но я понимала, что за этим может пойти война, учитывая, что во втором нашем мире, что принадлежал детям Сиаты21, отношения с демонами были весьма напряженные. Но ведь мирные жители наших миров ничем не заслужили участи платить своими жизнями за прихоти двух существ, так желающих быть рядом друг с другом. Я не провожала его в путь, все сидела у окна над нетронутой вышивкой, а сердце сжигала тоска.