Несколько пересадок — и я дома. Как приятно было снова оказаться в своей стране, где все такое родное и близкое сердцу.
В начале ноября в Новосибирске уже достаточно холодно, и лежит снег.
Благо, Дамир заранее позаботился о теплых вещах, поэтому нам не пришлось мерзнуть, учитывая одежду, в которой мы покидали Объединенные Арабские Эмираты.
Такси доставило нас к небольшому загородному дому, расположенному в черте города: кирпичное здание с черепичной крышей. Фасад дома украшали затемненные панорамные окна прямоугольной формы и разноцветные гирлянды.
Легкий снежок заметал крыльцо и крышу, навевая ощущение приближающегося Нового года.
Дамир достал ключ из-под одной ступени крыльца, ведущей к дому.
Это не могло не вызвать моего удивления.
Мужчина открыл дверь. Внутри было тепло и уютно.
Внутренняя отделка пола и стен была выдержана в единой цветовой палитре — цвете беленого дуба, расширяя пространство и делая его более объемным. Белые шифоновые шторы с подхватами по бокам украшали окна дома, создавая особую домашнюю атмосферу. Мягкая мебель кофейного цвета прекрасно вписывалась в интерьер, придавая пространству выразительность и контрастируя на светлом фоне пола и стен.
Мы прошли на кухню. Дамир подвел меня к деревянному столу.
— Устала? — спросил мужчина.
— Немного. Очень хочется пить, — сказала я, опускаясь на стоящий рядом стул. Ноги слегка подмерзли и ныли от усталости.
Дамир набрал в чайник воды и поставил его на плиту. Он подошел к холодильнику, из которого достал несколько тарелок с нарезками мяса, сыра и фруктов.
Создавалось впечатление, что кто-то заранее позаботился и приготовил все это к нашему приезду. Скорее всего, так и было.
Я терпеливо ждала, пока Дамир мне все расскажет и объяснит.
Он поставил на стол две кружки ароматного чая с чудесным запахом мяты и лайма и сел рядом со мной.
— К Амирану я попал из-за своего отца, — начал он. — Он задолжал очень крупную сумму отцу Амирана.
Дамир сделал небольшую паузу.
— Я в то время служил в Вооруженных силах, но из-за угроз и возникших проблем мне пришлось покинуть службу. Долг моего отца перешел ко мне. Так я стал работать на всю семью Асатиани, — Дамир прервался. — Я спас жизнь Амирану, и в знак благодарности его отец списал часть долга отца. Амиран, со своей стороны, сказал, что разрешит мне исчезнуть из этого бизнеса, как только долг будет полностью отработан. Таков был наш уговор. Но сама понимаешь, что так просто развернуться и уйти, особенно мне, невозможно. Я слишком много знаю.
Я внимательно слушала рассказ мужчины, сжимая теплую кружку чая в руках.
— У меня был план, — продолжил он. — На его реализацию ушло больше года: начиная от создания новых документов до формирования биографии и личности другого человека. Это было непросто, но мне помог дед, отец моей мамы.
Я удивленно посмотрела на Дамира.
— Моя мама была из очень обеспеченной семьи. Когда она познакомилась с отцом и переехала к нему, то сильно поругалась с родителями. Долгое время они не общались. Но, к сожалению, брак мамы не сложился. Отец не позволил бы ей увезти меня из страны. Поэтому мама обратилась за помощью к своему отцу, чтобы он помог организовать наш выезд из Эмиратов, но она попала в аварию до того, как это удалось реализовать. Мой отец спрятал меня сразу же после случившегося. Дед долгие годы пытался меня разыскать, но безуспешно. Несколько лет назад я сам его нашел. И все шло по плану, пока я не встретил тебя. — Дамир усмехнулся. — Честно говоря, я думал, что дед мне откажет, когда я сообщил ему, что без тебя никуда не уеду, но он все организовал без лишних вопросов.
Внутри все ликовало от радости и любви к этому невероятному мужчине, который не на словах, а на деле подтверждал преданность, любовь и серьезность своих намерений.
Я все больше и больше убеждалась, что мне невероятно повезло встретить на своем пути такого удивительного человека.
— Дальше были технические моменты, — продолжил мужчина. — Единственная просьба к Амирану была привезти тебя в указанное место и время. После этого мы расставались.
— Когда он сообщил мне о твоей смерти, я думала, сойду с ума. Эти дни как в тумане, — сказала я. — Видимо, мне что-то давали для успокоения и сна. Столько я не плакала за всю свою жизнь.