Но сейчас, стоя позади капитана под боком у лиса, я жадно слушала.
Предположение о переломах, полученных еще при жизни, про множественные синяки и гематомы, про след от стрелы в бедре.
— Подвесили его здесь уже после смерти. Предположительно наступила она между полуночью и тремя часами ночи. Вскрывали и извлекали внутренности на месте. Действовали небрежно. Судя по надрезам, пользовались охотничьим ножом. Это… наш Мясник. Жертву сначала загоняли, после жестоко убили и.. — он отошел от мертвеца на несколько шагов, чтобы видеть общую картину, — осквернили тело. Подробный отчет, разумеется, будет готов после детального осмотра в моей лаборатории.
— Несомненно, — хрипло отозвался капитан.
— Босс, — Йормэ отпустил меня и, подойдя ближе к начальству, тронул его за локоть, — отправляйся домой. Дайн проследит, чтобы тело упаковали со всей осторожностью, Руперт с парнями опросит местных, а я прослежу, чтобы ни один газетчик не добрался до места преступления раньше, чем мы тут все подчистим.
— Я не должен пренебрегать своими обязанностями.
— Так не пренебрегай. Отдохни немного. Что хорошего в том, чтобы свалиться от переутомления на работе? Вот, пиро… Вейя тебя проводит. — Лис обернулся ко мне: — Проследишь, чтобы он добрался до дома, а после сразу возвращайся в управление, встретимся там.
— Есть! — Бодро отозвалась я и отступила в сторону, пропуская капитана вперед. Познакомиться с алхимиком мне не удалось, но, прежде чем уйти, я умудрилась встретиться с ним взглядом. Глаза за стеклами очков были черными, холодными и цепкими. Он откинул тыльной стороной руки мокрую от дождя светлую челку и одарил меня мимолетной улыбкой, после чего мгновенно утратил ко мне весь интерес.
Уходя, я несколько раз оборачивалась и каждый раз видела лишь затылок алхимика. Он внимательно следил за тем, чтобы тело при снятии не пострадало.
***
Капитан просто смотрел. Я нервничала и старалась забиться в самый темный и дальний угол кареты. Не хотела ведь внутрь залезать, но капитан заставил. А теперь молчал и нервировал.
Молчал, правда, не очень долго, а нервировал всю дорогу.
— Так, значит, вы и есть тот самый пирожочек? — спросил он наконец.
— Стажер Вейя Крейц, — представилась я. Не хотелось, чтобы кто-то еще меня пирожочком звал, Йормэ было достаточно.
— Освоились? — Стоило ему только получить мой неуверенный, но положительный ответ, как капитан решил, что он был достаточно вежливым и можно переходить к интересующим его вопросам. — Вы опросили свидетеля?
— Молочник… господин Палл, тело нашел во время утреннего развоза молока. Ничего подозрительного он не видел и ничего странного припомнить не смог. Йормэ говорит, что свидетель не врал и ничего не утаивал. — Набравшись смелости, я добавила: — Капитан Каннэй, а разрешите вопрос?
— Задавай.
— У нас правда нет никаких улик по этому Мяснику?
Он вздохнул.
— Хоть сколько-нибудь серьезных — ни одной. Лишь подозрения и домыслы. Жертвы никогда и ничем не связаны между собой. Пол, возраст, внешность… никакой закономерности. Их всегда похищают из разных мест, единственное, что повторяется из раза в раз, — истерзанные тела неожиданно появляются на улицах города.
Капитан хрипло выдохнул и с силой растер виски. Было видно, что его это дело беспокоит больше всего, а собственная беспомощность выводит из себя.
— Йормэ упоминал про новых аристократов… Вы подозреваете кого-то конкретно? — Я не была уверена, что он ответит, готовилась даже к тому, что меня сейчас резко одернут. Но этого не случилось.
— Надеюсь, вы понимаете, что это должно остаться между нами?
— Конечно.
Некоторое время капитан придирчиво меня рассматривал, будто сомневаясь. Я очень хотела отвернуться, отвести взгляд, спрятаться от его тяжелого внимания, но сидела не шевелясь.
— Что ж, свежий взгляд не помешает, - наконец произнес он, устало прикрыв глаза. — На данный момент у нас есть три подозреваемых, недовольных своим статусом. В открытую они не выступают, но сложившаяся в городе обстановка им на руку. Правящая семья теряет свой авторитет, в то время как городская стража с каждым днем все сильнее походит на сборище некомпетентных глупцов. Будь у нас право обыскивать дома аристократов или вызывать их на допрос, уверен, мы сумели бы найти что-нибудь важное. К сожалению, в этом деле закон не на нашей стороне…
Благородные, пусть даже титул они получили совсем недавно, были неприкасаемы. Без неопровержимых доказательств стража даже смотреть на них косо не имела права.