— Он сказал «сочувствую»? — негромко спросила Иветт.
Разговоры затихли, и все внимание тут же было направлено на нас. Открыто никто не глазел, все очень старательно делали вид, что заняты работой, но у меня кожа зудела от чужого интереса.
Лис жестом предложил нам войти первыми и указал на столы напротив окна.
— Это ваши рабочие места. Мне казалось странным, что для пирожочка выделили целых два… — он посмотрел на Иветт, — но теперь я понимаю, в чем было дело.
— Ты совсем не читал бумаги, что дал тебе сержант? — спросила я.
Йормэ пожал плечами, нетерпеливо подталкивая нас к столам.
— У меня были дела поважнее.
Не дождавшись от меня следующего вопроса, он прищурился:
— И тебе не интересно, что это были за дела?
— Должно быть, очень важные, раз ты проигнорировал изучение должностных инструкций.
— Раньше ты не была такой правильной, — поскучнел он.
— Вообще-то была. Ты просто забыл, — сказала я и прикусила язык. Прошлое было опасной территорией, на которую лишний раз лучше не соваться.
Йормэ отвел взгляд, нахмурился… а может, мне просто показалось, потому что в следующее мгновение лицо его вновь было безмятежно.
— Вы пока осмотритесь тут, а я ненадолго отлучусь. После проведу вам увлекательную экскурсию по управлению.
Как только он покинул кабинет, наши рабочие места тут же были окружены. Парень с чашкой кофе и надкусанным бутербродом куда разборчивее произнес:
— Не повезло вам к этому зверю попасть.
— Почему? — спросила я. Иветт, не любившая внимания, сидела уперев взгляд в столешницу. Именно из-за этой болезненной робости ее вечно недооценивали, и я все еще не могла понять, хорошо это или плохо.
Несомненно, это можно было считать преимуществом: когда противник думает, что ты слабее, чем есть на самом деле, можно считать, он уже проиграл. Но хорошо ли, когда так же ошибаются и союзники?
— Он высосет из вас все силы, потом отнесет ваши бездыханные тела некроманту, сделает из них умертвий и будет эксплуатировать даже в посмертии, — пояснила девушка, бесцеремонно присев на край моего стола, почти касаясь ногой моего колена. На рукаве ее кителя, почти прикрытая рыжими, кудрявыми и непослушными волосами, серебрилась нашивка с двумя мечами.
— Э-э-э, капрал…
— Мажена Берге. — Она склонилась ко мне, и моего лица коснулось теплое дыхание. Повеяло мятными пастилками. — Ведьма. Будем знакомы.
— Вейя Крейц. Саламандра. А это Иветт Зорич. Оборотень. И ни одна из нас на тот свет не спешит.
— Йормэ об этом обязательно расскажите, — фыркнул кто-то за спиной Магды.
Они все пытались быть дружелюбными, но, когда лис вернулся, рядом остались лишь ведьма и парень с бутербродом, просивший звать его «просто Руперт».
— Чего вам? — недовольно поинтересовался лис, когда понял, что эти двое не спешат уходить. — Работы нет? Так, может, заглянем к боссу, пусть он вам что-нибудь подберет.
Через секунду рядом с нашими столами уже никого не было.
Когда мы вновь остались втроем, лис положил передо мной и Иветт по папке — документы на зачисление в ряды городской стражи.
— Но с этим разберетесь позже. Сначала экскурсия.
На небольшую кухню Йормэ просто указал, не теряя времени на то, чтобы зайти внутрь.
Прямо напротив кабинета, в котором предстояло работать нам, располагался кабинет «босса», одним упоминанием которого лис обратил ведьму Берге в бегство. На простой табличке под гербом стражи — коронованным щитом и тремя скрещенными мечами — значилось: «капитан Ансар Каннэй».
— Сегодня босс на заседании, так что познакомитесь с ним как-нибудь потом, — сказал Йормэ и повел нас дальше.
— Но вы разве не про капитана говорили, когда… — Иветт невольно обернулась на двустворчатые двери со вставками из мутного стекла.
— Про него, конечно. И если бы они хоть изредка пользовались мозгами, поняли бы, что я блефовал. О заседании нас предупреждали еще на прошлой неделе.
Библиотека с профильной литературой, архив и комнаты отдыха располагались на третьем этаже. Большое помещение с высокими стеллажами и двумя рядами столов выглядело изысканно. Пол устилали ковры, что глушили звук шагов, библиотекарь удостоил нас мимолетным равнодушным взглядом и вновь вернулся к заполнению какого-то журнала.
В архиве нас встретили куда дружелюбнее. Главной оказалась улыбчивая девушка без возраста — на молодом открытом лице двумя зелеными льдинками сияли усталые глаза старухи. Она настоятельно требовала остаться на чай и очень обиделась, когда Йормэ резко ее осадил.