Вновь вспомнилась площадь Вечной Памяти и нездоровое желание людей убить меня. Сейчас, в это неспокойное время, любая мелочь могла стать началом катастрофы.
— Я была слишком груба…
— Не беспокойся об этом. По-моему, Юна вообще не умеет обижаться.
Эта черта ее характера была одной из причин, по которым мы с ней все еще дружили.
— Но что важнее, — я покосилась на Иветт с интересом, — никогда не думала, что ты можешь разозлиться.
— Я не… В кадетском корпусе про меня тоже слухи распускали. Это все было неправда, но никто не хотел слушать. И все три года…
Она не договорила. Отвернулась.
— Над тобой издевались?
Она судорожно выдохнула и отвернулась, подтверждая мои подозрения.
Кадетские корпуса в отличие от академий были узко-специальными заведениями, там подготавливали исключительно к службе, потому никаких лишних занятий в расписании не было. Хотя в академию и в кадетский корпус принимали с шестнадцати лет, обучение завершалось в разное время.
То есть эту тихую, робкую девочку травили с шестнадцати лет какие-то отморозки…
— А ты очень сильная, — негромко призналась я. Случись мне оказаться на ее месте, я бы не выдержала и полугода, спалила бы и корпус, и всех, кто надо мной издевался. И жизнь закончила бы на виселице за массовое убийство. Иветт же не сломалась, доучилась и даже набрала достаточно баллов, чтобы попасть в одно из лучших управлений стражи. — Кто-нибудь из твоих мучителей получил одно распределение с тобой?
— Н-нет.
— Жаль, — вздохнула я. И невольно смутилась под ее испуганным взглядом. — Не подумай ничего такого, я не собираюсь никого калечить, просто интересно, что в головах у таких людей. Завтра подождешь меня? В управление пойдем вместе.
Она несмело мне улыбнулась и кивнула.
В холле корпуса дежурная дремала в своем смешном аквариуме, но, как только дверь за нашими спинами захлопнулась, она встряхнулась, поправила очки и выдала мне самый презрительный взгляд из своего арсенала.
— И вам добрый вечер, — широко улыбнулась я.
Иветт, замешкавшаяся на входе, пробормотала что-то приветственное и поспешила за мной. Уже в полутемном длинном коридоре со множеством дверей она нерешительно спросила:
— Вы с ней поссорились?
— Нет. Я ей просто с самого начала не понравилась.
— Но почему?
— Потому что саламандра.
— А?
Вид у Иветт был настолько беспомощный, что я рассмеялась.
— Неужели не слышала, что про нас говорят? — Она мотнула головой, и я охотно ее просветила: — Саламандры появились в результате межвидовых отношений. Драконы теплокровные, аспиды холоднокровные, потому полукровки в таких парах по всем законам существовать не могут. Рождается либо дракон, либо аспид, но в какой-то момент что-то пошло не так, и начали появляться саламандры. У нас нет второго облика, но наша стихия огонь; есть чешуя, но нет змеиного хвоста, и магия аспидов нам недоступна… В общем, что-то непонятное. Уродцы, созданные природой в качестве злой шутки.
— Это неправда! — Иветт остановилась и в порыве невероятной смелости схватила меня за руку. — Ты очень красивая!
Сначала я опешила. Кажется, никогда еще мне не делали комплименты так агрессивно. Иветт смотрела на меня и чуть ли не плакала, такая отчаянно искренняя.
Я не сдержалась и крепко ее обняла, тихо посмеиваясь.
— Спасибо.
В скромную столовую общежития я вошла в самом замечательном настроении. верховой езды.
Четвертая глава. Новая жертва
Дождь, начавшийся еще ночью, не утих и утром. На аллее перед общежитием уже появились первые лужи, и нам с Иветт приходилось неловко перепрыгивать через них, одновременно стараясь оставаться под защитой зонтика. Одного на двоих — свой я потеряла еще в начале весны и не могла найти времени, чтобы купить новый.
Добравшись до управления, мы взбежали по ступеням наверх и остановились, укрывшись от дождя под портиком*, чтобы перевести дыхание.
В холле царила атмосфера легкого беспокойства, а в коридоре второго этажа было откровенно неспокойно. Стражники суетились под суровым взглядом осунувшегося мужчины, слишком бледного, чтобы его можно было посчитать здоровым. С глубокими тенями под глазами и впалыми щеками, он был бы похож на пациента, сбежавшего из лечебницы… если бы не форма городской стражи и нашивка капитана на рукаве.
— Пирожочек! — сзади на меня налетел лис. Крепко сжал в объятиях и тут же отпустил, проскользнув мимо. — Босс, это наши новенькие. Их берем с собой?