– Ксанка, клянусь! Никому не говорила! Это какая-то мистика… Да и сама подумай, кому я могла признаться в том, что воровка?
– А Сашке?
– Да ты что! Ты бы могла своему парню признаться в таком? Еще когда кофе залила, сразу можно было бы… посочувствовал бы… А потом-то как? Помнишь ведь, целое следствие было! – Юлька так разволновалась, что чуть не свалилась с перил. Оксана с трудом удержала ее за воротник и рукав куртки.
– Тогда это действительно мистика! – сказала она, когда Юлька опять прочно угнездилась на перекладине. – Получается, этот шантажист каким-то образом узнает, что мы собираемся совершить безнравственный поступок и заранее устраивается с фотоаппаратом в нужном месте!
– Меня не фотографировали…
– Но видели сквозь стены, как Барсик опрокинул кружку с кофе.
– Издеваешься, да?
– Шучу. Конечно, тебя видели в школе, когда ты засовывала в сумку словари. Так же, как и меня в кабинете биологии. Знаешь, надо все-таки серьезно поговорить с Сашкой. Мне кажется, что те негодяи, что попортили лицо ему и Феклистову, теперь пристают и к нам.
– Почему ты так думаешь?
– Потому что оба они: и Сашка, и Димка – юлят и ничего никому не хотят рассказывать. Наверняка их тоже подловили на чем-нибудь мерзком, вроде моей «контрошки» или твоих словарей.
– Но нас ведь не трогали…
– Благородные шантажисты, почти что Робин Гуды нам попались. Женщин не бьют… только грабят…
Юлька засунула посиневшие от холода кисти рук в рукава куртки и тяжело вздохнула:
– Возможно, ты и права. Но Сашку я уже сто раз спрашивала. Несет какой-то бред. Может, их побили, потому что они отказывались платить за молчание?
– Тогда в ближайшее время их страшные тайны должны быть разоблачены, – заключила Оксана.
– Или… они все-таки после драки расплатились… чтобы никто ничего не узнал.
– Юль! – встрепенулась вдруг Оксана. – Пошли к Анжелке! Быстрей! Бегом!
– Зачем?
– Вспомни ее цепочку с Девой… ну… ту, которую ты просила надеть на дискотеку.
– Она же сказала, что потеряла ее.
– Вот именно! Я тоже собираюсь сказать родителям, что потеряла свои украшения.
– Ты думаешь…
– Наверняка! У нее такое странное лицо тогда было… Помнишь, она даже сказала, что не хочет больше об этом говорить. А почему бы не поговорить, на несправедливый родительский гнев не пожаловаться лучшим подругам? Тем более если кулончик потеряла нечаянно.
Глава VII
Вот это без меня!
Анжелу, розовую и ленивую со сна, подруги вытащили из постели и сразу приступили к допросу.
– Колись, Анжелка, где твой кулон с Девой? – налетела на нее Юлька.
Анжела поперхнулась сладким зевком:
– Я же сказала… потеряла я его. Замочек расстегнулся и…
– Это ты родителям можешь втюхивать про замочек, а нам говори правду!
– С чего вы взяли, что я вру? – сузив глаза, зло спросила Анжела.
– А хочешь, я скажу, где твой кулон? – вступила в разговор Оксана.
– Ну! Скажи! – Стального цвета глаза Анжелы метали искры.
– Ты отдала его парням в черных куртках и масках!
– В масках? – переспросила Анжела и с некоторым подозрением посмотрела на Оксану. – Зачем… этим, как вы говорите, в масках… мое жалкое золотишко?
– В уплату за молчание!
– Какое еще молчание? – Лицо Анжелы покрылось красными пятнами. Особенно рваное и некрасивое пятно расплылось на шее под подбородком.
– Эти парни знают про тебя такое, что ты ото всех скрываешь! – единым духом выпалила Юлька.
– Да? – Анжела спросила с такой интонацией, что видно было – она совершенно растерялась.
– Хватит придуриваться, Анжелка, – рассердилась наконец Оксана. – Мы в такой же ситуации, как и ты. Можешь себе представить?
– Подождите… – Анжела даже привстала с дивана, на котором лежала, закутавшись до подбородка одеялом. – Вы хотите сказать, что с вами тоже… – она замолчала, переводя взгляд с Юльки на Оксану и обратно.
– Вот именно! – закивала головой Юлька. – Нас тоже шантажировали!
– Парни в масках? – Анжела заглянула прямо в глаза сначала одной подруге, потом другой.
– Ну да! Как, наверняка, и Семенова, и Феклиста, и прочих.
– А-а-а, – протянула Анжела, – ну да-а-а…
– Голос ты, конечно, тоже не узнала? – на всякий случай полуутвердительно спросила Оксана. – Тоже через тряпку говорил?
– Через тряпку? – почему-то испугалась Анжела.
– Ну да! Тот ведь, главный, все время говорил через толстый шарф.
– А-а-а, – опять протянула Анжела. – Ну… да, через шарф. Противный такой голос получается…
– Да проснись ты наконец! Еле соображаешь! – ткнула ее в бок Юлька. – Вспомни, не заметила ли ты в них чего-нибудь такого, что могло бы навести нас на их след.