Делина услышала, как захмыкали и захихикали стоящие за ними гости и как заскрипел зубами Камир. Старик завел все сначала, а его братия в такт ему снова громко забубнела.
Что это за Великий Изначальный принцесса не имела понятия, в известных ей религиях такого не упоминалось. Камир или решил возродить какую-то древнюю секту, или сам ее создал. С него станется.
Принцесса, придавленная к полу тяжестью платья, почти задушенная тугим корсетом, потерла гудящую от громоздкой прически и громадной короны голову. Запах благовоний и воска огромного количества горящих свеч, которые при закрытых дверях медленно заполняли помещение, вызывали головную боль, и вместе с ней приходило чувство безразличия ко всему происходящему, словно это ее никак не касалось. Единственное, о чем она думала – это глоток свежего воздуха.
Перед глазами начало все расплываться, превращая окружающие предметы в смазанные пятна, голоса служителя и его единоверцев сливались в монотонный раздражающий гул, от которого хотелось заткнуть уши, тупая боль все сильнее стучалась в висках.
Делина, внезапно, покачнулась, вновь роняя многострадальный букет, и один из серохламидных, ближе других стоящий к ней, подхватил ее, не дав скатиться по ступенькам. Она с трудом разлепила глаза, и сквозь мутную пелену ей показалось, что его лицо с плотно сжатыми губами, спрятанное под низко надвинутым капюшоном, она где-то видела.
Нет, не просто видела… она целовала эти губы…
- Мир…
Но жених уже выдергивал принцессу из его рук, крепко сжав голые плечи, не заботясь о том, что там могут остаться синяки, что-то зло шипел ей на ухо, дергая вверх и заставляя встать на подкашивающиеся ноги, а Делина просто отключилась.
В себя она пришла от хлесткой пощечины, которую отвесил ей Камир. Делина распахнула глаза и увидела его перекошенное злобой лицо, склонившиеся над ней.
- Встань немедленно! Что за представление ты тут устраиваешь?
- Иди в Пустошь… - прохрипела девушка, хватая ртом воздух и пытаясь сделать хоть один глубокий вдох.
Она попробовала оглянуться через плечо, с надеждой пытаясь отыскать знакомые черты. Ей же не померещилось? Это же был Мирас?
Но за ее спиной совершенно невозмутимо бормотала какую-то чушь закутанная с ног до головы в серую хламиду сгорбленная фигура.
Значит показалось…
Гости галдели, кто-то возмущался такому обращению с принцессой, заговорщики пытались их присмирить, серое братство продолжало монотонно бубнеть, старик по ту сторону алтаря опять кряхтел и надрывно кашлял.
Камир больно дернул ее за руку, крепко прижав к себе, лишая последней возможности нормально дышать.
- Отпусти меня, кретин, – с трудом выдавала Делина, барахтаясь в тисках его рук, - мне дышать нечем!
- Потерпишь. – бросил он, поворачиваясь к алтарю. – Заканчивайте, преподобный.
Старик опять отхлебнул из покореженной чаши, прокашлялся на этот раз с таким надрывом, что казалось, он прям тут отдаст своему Изначальному душу и изрек:
- Великий Изначальный хочет знать, есть ли препятствия для заключения этого союза? Пусть предстанет перед его священным ликом тот, кто не желает…
- Никто не против. – грубо перебил его Камир. – Заканчивайте я сказал.
Старик затрясся от негодования и ткнул в него скрюченным пальцем.
- Нельзя отказывать Великому Изначальному! Ты не смеешь прерывать священное таинство…
Перехватив принцессу поперек талии, Камир вместе с ней наклонился к нему ближе и угрожающе прошипел:
- Сейчас я прерву твою жизнь, преподобный. Быстро завязывай. Мы тут и так потеряли слишком много времени.
Он выпрямился, кое-как установил на ноги полубессознательную девушку, которая изо всех сил тянула проклятые завязки на корсете. Они ни в какую не желали сдавать позиции и позволить ей сделать нормальный вдох. Камир, наконец, заметил ее безрезультатные попытки, но вместо помощи грубо дернул к себе, хватая за руку.
- Терпи, кому сказал. – зло прошипел он.
На этот раз ропот за их спинами стал громче.
- Как вы можете так вести себя с Ее Высочеством!
- Это уже ни в какие рамки не входит!