Делина фыркнула, с трудом удерживая рвущийся из груди смех, глядя на багрового от возмущения эмиса Сомиса.
Да, его сиятельство такое может сказать.
Уж, кто-кто, а его жена это прекрасно знала. А еще она знала его с совершенно другой стороны. Таким он был только с ней. Страстным, нежным, внимательным…
Она улыбнулась своему зарумянившемуся отражению, опуская шальные от счастья глаза, чтоб эмис Сомис не заметил и, не дай Небо, не понял, о чем она думает.
- Вы же знаете, Ваше Высочество, что, если бы то платье шил я, вы бы никогда в нем не упали бы в обморок. – продолжал бормотать портной, ползая на коленях и подшивая ее подол.
- Конечно, эмис.
Делина снова улыбается. Не упала бы в обморок, и Мирас не бежал бы с ней на руках прочь из полуразрушенного храма, пугая выражением своего лица встречающихся ему на пути. Не сидел бы сутки под ее дверью, ожидая, пока она проснется. И не дал бы ей надежду, что он тоже что-то к ней испытывает. Надежду, которая помогла ей дождаться того неожиданного признания посреди ночного парка.
«Я люблю тебя…»
Теперь она слышит это каждый день, но все равно всякий раз сердце замирает от сладкого восторга, руки сами тянуться обнять широкие плечи, а губы – зацеловать любимую ямочку на левой щеке. Делина теперь ее видит постоянно, ведь Мирас вновь научился улыбаться.
- Все хорошо. – подтвердила Делина, проводя руками вдоль мягко облегающего ее фигуру корсета насыщенного изумрудного цвета, еще не до конца расшитого украшениями и надежно скрывающего от чужих глаз их с Мирасом самую большую драгоценность.
- Ох, прекрасно. Прекрасно. – пропыхтел придворный портной, отбрасывая заплетенные в косу волосы за спину и отрезая нитку с подола. – Мне еще надо выловить невесту Его Высочества. Она опять где-то прячется. Что за несносная девица… простите Ваше Высочество.
Делина улыбнулась смутившемуся и еще больше покрасневшему портному. Тут она была с ним полностью согласна. Девица действительно несносная… ничем не лучше самой принцессы… Они обе доставляли эмису Сомису кучу проблем со своими нарядами.
- Пойду, пожалуй. – пробубнил портной, собирая свои швейные принадлежности и сделав знак своим помощницам помочь принцессе переодеться.
Проводив его, Делина вышла на балкон своих покоев и зажмурилась от ярко светившего солнышка. До свадьбы Девина и Милении оставалось чуть больше месяца, и весь дворец гудел, готовясь к этому счастливому событию. Тем более учитывая, что они с Мирасом не стали затевать пышных церемоний с толпой гостей, а отпраздновали только в кругу семьи.
У них обоих были несостоявшиеся шикарные свадьбы… И если отмене своей она радовалась, то о свадьбе Мираса старалась не вспоминать, чтобы вновь не начать рыдать, жалея их… Потерять все, когда счастье было на расстоянии вытянутой руки…
Она погладила свой еще плоский живот, приказывая себе успокоиться. Нервничать, волноваться, переживать ей строго настрого было запрещено доктором. И она постаралась отбросить все грустные воспоминания.
Девин, в начале лета вернувшийся домой со своей невестой, и узнавший, что они ждали только их, чтобы пожениться, подошел к Мирасу и, с размаху стукнув его по плечу, с ехидной усмешкой спросил, заглянув в растерянные глаза:
- А че так долго думал?
Канцлер, смутился впервые на памяти Его Высочества и, пожав широкими плечами, честно ответил:
- Даже не надеялся.
Мама порхала по дворцу от счастья, у нее теперь было столько поводов для радости. Она окружила заботой и теплом будущую невестку, которая, словно дикий зверек, постоянно норовила куда-нибудь сбежать от повышенного внимания и забиться в норку, чтобы ее никто не нашел.
Делина про себя тихо посмеивалась над ней, но, в то же время, прекрасно понимала. Навязчивое внимание со стороны придворных дам могло кого угодно заставить лезть на стены. А тут такое развлечение – молоденькая простушка из глухомани. Но к их огромному удивлению, девчонка оказалась не так проста и с легкостью давала отпор наиболее вредным эмисам, которые слишком явно плевались ядом в ее сторону и даже прозвище уже дали – дикарка.
В коридоре послышались торопливые шаги, и мимо ее дверей пробежали несколько горничных, растеряно переговариваясь. Принцесса, прищурившись, перегнулась через перила, и посмотрела наверх, где на последнем этаже дворца раскинулась смотровая площадка. И, кажется, там кто-то был. Делина усмехнулась и, не спеша, направилась туда.