И в подтверждение ее слов, капающая из ранок кровь остановилась и медленно втянулась обратно под новую кожу, закрывшую порезы. Девин улыбнулся, радуясь, что от ее предков-сакзанцев ей досталась эта способность. Он посмотрел на девушку, но на ее лице совсем не было радости, наоборот создавалось впечатление, что это ей совсем неприятно.
- Миления? – удивленно приподнял брови Девин.
Она вздрогнула, впервые услышав свое имя, произнесенное его голосом, и поспешно высвободив руки, поднялась.
- У меня много работы. – не поднимая головы проговорила она. – На кухне, - она махнула рукой в сторону боковой двери, приютившейся рядом с прилавком, - есть завтрак и там же твоя одежда. Точнее то, что от нее осталось. Ты здоров, и тут тебе делать больше нечего.
- Но…
- Мне некогда вести с тобой беседы, сакзанец, - перебила его целительница, отворачиваясь к полкам и собирая нужные для составления лекарства средства.
- Ладно.
Девин, поджав губы, пошел в указанном направлении, захлопнув за собой дверь чуть громче, чем это было необходимо, и стеклянные баночки на полках за прилавком отозвались жалобным звоном.
Маленькая кухонька с погасшим очагом встретила его промозглым холодом. Принц поежился, ноги мгновенно превратились в ледышки. Он быстро оглянулся и возле столика, на котором стояла вчерашняя корзинка с едой, переданная заботливой хозяйкой таверны, на единственном стуле увидел свой пиджак и брюки, а под ним ботинки.
К его немалому удивлению, дыры на брюках были зашиты, и грязь с них была отчищена. Он быстро оделся, холод пробрал его уже до костей, и повертел головой в поисках дров, чтоб растопить очаг. Они оказались свалены небольшой горкой рядом с печкой. Его Высочество быстро разжег огонь и протянул к нему руки, согреваясь. Он вспомнил маленькие пораненные ладошки и вновь вопросы вереницей закружились в голове. Миления казалась сложной головоломкой.
Девин поставил греться воду в чайнике и, порывшись на полке, нашел травяной сбор, который с успехом заменял хозяйке чай. В корзинке осталась горка пирожков, которые он не успел вчера доесть, а на очаге в горшке, прикрытом полотенцем, еще теплая каша.
Когда Миления все успела? Неужели она совсем не ложилась спать? За стеной, он слышал ее голос, как обычно строгий и чуть грубоватый. Она быстро сортировала всех посетителей на больных и здоровых. Дверь непрерывно закрывалась и открывалась, шаги многочисленных ног заставляли скрипом отзываться деревянные полы.
По разговорам принц, наконец, понял, что это заболевание было очень опасным и заразным для местных жителей. Поэтому целительница так торопилась, она старалась не допустить эпидемии. Быстро расправившись с завтраком, Девин вышел в приемную, с твердым намерением помочь.
Милении здесь не было, она хлопотала над тяжелыми больными в лазарете. На лавочке сидели несколько мерсирян, тихо переговариваясь и тут же замолкая, едва он появился на пороге. Девин им кивнул, приветствуя, они также чуть наклонили головы, отвечая ему. Взгляды выдавали некоторую долю подозрения, но, видимо они уже были осведомлены о том, кто он.
Принц заметил, что поленья в камине почти прогорели, и он уже не давал достаточного тепла, холод постепенно заполнял комнату. Дров в комнате не было, значит, придется поискать их на улице. Он накинул свой короткий рыжий полушубок на плечи, и вышел на крыльцо.
Морозное утро встретило Девина звенящей тишиной, ни смеха детей, играющих в снежки, ни лая собак, провожающих прохожих. Поселок словно затаился. Перед домом никого уже не было, значит Миления осмотрела всех нуждающихся.
Тихо поскрипывая снегом, он обошел дом, с удивлением отмечая, что он стоял словно сам по себе, дальше от всех других домов в поселке. Девин уже понял, что строение было больше, чем ему вначале показалось, теперь же при свете дня, он увидел, что та комната, что служила лазаретом, была пристроена намного позже, чем вся остальная постройка. Камни, из которых сложили стены, были намного светлее, еще не успев потемнеть от непогоды, как сам дом.
Он наткнулся на колодец, присыпанный снегом, а напротив него, притулившись к дому, под небольшим навесом аккуратной стопкой были сложены поленья. Вспомнив, что камин в лазарете тоже, наверное, уже догорает, Девин набрал побольше дров и понес обратно в дом. С трудом протиснувшись в дверь, принц увидел, что посетители больше не ютились на лавочке, а, значит, целительница и их уже осмотрела.