Доктор Алон Лиролана не стал слушать ни его возражений, ни клятвенных заверений, что с ним все нормально, ни тем более приказов и проклятий. Просто под крики и маты капитана с совершенно невозмутимым лицом сделал укол, и тот благополучно отправился в спокойный восстанавливающий сон. В первое время его поместили в барокамеру и оставили под пристальным наблюдением персонала, а потом, когда врач разрешил, перевели в обычную палату.
Как с такими травмами Мирас спускался по скале, а потом расправился со стаей диких зверей, для Делины осталось загадкой. Но теперь она смотрела на него еще более восторженными глазами, он ей казался настоящим героем.
На время лечения капитана командование взял на себя Отис. Он совершенно не обращал внимания на торчащего на мостике Солика, а тот вел себя более спокойно и адекватно, чем при капитане, совершенно не интересовался его состоянием здоровья и ни разу его не навестил, что доставляло Мирасу огромную радость.
Но он и не догадывался, что каждую ночь, когда ее соседи по каюте засыпали, Делина тихонько выскальзывала и, крадучись, прислушиваясь к малейшему шороху и поминутно оглядываясь, шла в медицинский отсек. Весь корабль был погружен в сон, и никто не видел, как Солик, осторожно присаживался на кровать капитана, и подолгу не спускал с него зеленых глаз, чуть прикасаясь к лицу, рукам и забинтованному телу кончиками тонких пальцев.
Теплая кожа под дрожащими пальцами казалась Делине бархатом, прикрывающим сталь мышц. Сердце заходилось от восторга рядом с ним, в голове шумело. Она, едва касаясь и закусив губу, обводила разлет бровей, скулы, контур губ, спускалась по крепкой шее, легким движением очерчивая косточки ключицы, до края жестких бинтов, стягивающих тугими кольцами его грудь, с трудом сдерживаясь, чтобы не повторить этот же путь губами.
Капитан крепко спал благодаря заботе главного врача, а принцесса просила у него прощения за свое по-детски глупое поведение и молила Небо о его скорейшем выздоровлении.
Потом также тихо мышкой возвращалась обратно, сворачивалась клубочком под тонким одеялом и под храп и громкие сопения соседей забывалась беспокойным сном, где Мирас сражался со злобными зверями, а она махала ему платочком из высокой башни, посылая воздушные поцелуи.
Просыпаясь по утрам по команде очередного дежурного горлопана, отвратительно не выспавшейся, всклокоченной с красными глазами от постоянного ношения линз, Ее Высочество самой последней плелась в умывальню, а потом и в столовую. И там, ковыряясь ложкой в своем завтраке, она дотошно выспрашивала свое подсознание, откуда оно берет вдохновение на такие идиотские сны? Откуда такая чушь в голове у взрослой девушки?
Она морщила лоб и про себя ворчала на старую няню, которая в детстве читала ей сказки, где порядочные принцессы не лазили по деревьям и дворцовым подземельям, а сидели в башнях за вышивкой и ждали принцев, которые их спасут.
У Делины всегда возникал ехидный вопрос, а за что их в башню-то заперли? Небось, накуролесили так, что им в охрану, чтоб не удрали, ставили даже не людей, а зверье и чем страшнее и крупнее, тем лучше.
Севера возмущенно фыркала и объясняла маленькой принцессе, что принц должен был совершить подвиг, чтоб завоевать руку прекрасной дамы.
- Странная какая-то традиция, - насмешливо говорила Делина, раскачиваясь на стуле, за что получала строгий взгляд от воспитательницы. – Это что ж, Девину надо будет спасать из башни какую-то дурыщу с вышивкой, чтоб потом еще на ней жениться?
- Ну, это же так романтично. – вздыхали ее кузины, и Делина бросала на них пренебрежительные взгляды…
- Что, Солик, не по вкусу тебе казарменные харчи?
Внезапно вклинившийся в ее воспоминания язвительный голос, выдернул принцессу из задумчивости. Делина резко вскинула голову и встретилась с насмешливым взглядом одного из курсантов, сидящим напротив и уже прикончившим свою порцию. Коротко подстриженные серебристые волосы, тонкие черты лица, высокомерный взгляд темно-серых, почти черных глаз. Из знатных, сразу поняла принцесса. Хотя на этом корабле других курсантов и не было. Все из дворянских семей.
Тут же краем сознания отметила, что его вопрос привлек внимание и других парней. Все с нескрываемым интересом глазели на них.