– Только если пообещаешь, что съешь всё, что я приготовлю, – бросаю я вызов, скрещивая руки.
– Договорились.
Я принимаю позу мыслителя, обхватывая пальцами подбородок, и, по крайней мере, пытаюсь придумать что-нибудь съедобное. Сейчас утро и яичница – это просто. Я видела, как её готовить тысячу раз.
– Приготовься к лучшей яичнице в твоей жизни, мистер Скот, – хвастаюсь я, доставая из холодильника яйца и сыр.
– Просто пообещай мне, что это будет не последнее, что я съем, – смеется он.
Я бросаю на него теплый взгляд и готовлю рабочее место. Он заходит за стол и опирается на него, думаю, чтобы лучше меня видеть.
– Ты хочешь мастер-класс по готовке? – шучу я, пока мою руки.
– Скорее хочу убедиться, что ты не спалишь дом Рейвен, – говорит Кэл.
Я в шутку слегка толкаю его локтем в грудь.
– Итак, сначала разбиваем яйца, – начинаю объяснять я, демонстрируя процесс. Яйцо падает прямо в миску, но... чёрт.
– Не думаю, что скорлупа там тоже должна быть, – он прикрывает рот рукой, заглушая смешок.
– Она идет в комплекте, – говорю я с сарказмом. Кэл качает головой и берет вилку, пытаясь вытащить скорлупу из миски.
– Ты должен съесть всю скорлупу и тебе должно понравиться, помнишь? – говорю я, припоминая его обещание. Он вздыхает. – Теперь не думаешь, что ты такой умный, да? – я добавляю соль и перец, и собираюсь добавить сливочное масло. Кэл хватает меня за запястье.
– Ладно, я думаю, масло добавляют на сковородку, а не в яичную смесь, – смеется он.
– Ну, в мою яичницу добавляется масло, – говорю я, шлепая его. Мужчина неожиданно обнимает меня за плечи и отодвигает.
– Думаю, теперь я продолжу, – смеется он, и я надуваю губы.
– Но я думала, ты хочешь, чтобы я что-то приготовила для тебя, – хнычу я.
– Я тоже так думал, – бормочет он, и я в шутку ударяю его.
Я с завистью отхожу назад к столу и смотрю, как Кэл ходит по кухне. Должна признать, он лучше смотрится на кухне, чем я.
– С каких это пор ты стал шеф-поваром? – спрашиваю я, когда он начинает взбивать яйца с видом профессионала.
– Не нужно быть шефом пятизвездочного ресторана, чтобы приготовить яичницу, – подмигивает он.
Теперь я, правда, жалею, что я не оттачивала свои кулинарные навыки, пока Кэла не было дома. Прошло совсем немного времени, а яичница уже готова, так что он ставит передо мной тарелку с самой аппетитной яичницей в моей жизни. Он полностью наполняет ложку и подносит её к моему рту. «Боже, так вкусно».
– Ладно, ты выиграл. Я поработаю над своей готовкой, – говорю я, пока мы едим.
Через пару секунд я решаю воспользоваться преимуществом его хорошего настроения, чтобы кое-что ему сказать.
– Я подумываю о том, чтобы получить степень магистра, – говорю я ему после нескольких кусочков.
– Зачем тебе это? – спрашивает Кэл без восторга.
– Ну, я ещё ничего не решила по поводу последнего курса. Я просто думала об этом, – он молчит. – Что вы думаете по этому поводу, сэр?
– Ты знаешь, что я думаю по этому поводу, – говорит он, доедая яичницу.
– Магистр – это не бакалавр, Кэл. Степень магистра имеет больше веса и престижа.
– Это жалкая бумажка, на которую ты потратишь тысячи долларов. Это пустая трата твоей жизни – работать на жалкой работе, которую ты будешь ненавидеть.
Он встает и ставит свою тарелку в раковину.
– Дело не только в этом. Так я смогу доказать себе, что сама могу чего-то добиться и получить что-то ещё, кроме... – я замираю от его неодобрительного взгляда.
– Слушай, я думаю, это хорошо, что ты хочешь добиться чего-то в жизни. Думаю, раз ты со мной и у меня такая работа, это хорошо, что ты решила потратить время с пользой, но степень магистра по английской филологии? Разве ты хочешь сейчас преподавать? Ты презираешь мир корпораций. Что ты собираешься с ней делать?
Раздраженная, я отталкиваю тарелку. Я действительно по-другому себе это представляла.
– Думаю, тебе стоит открыть галерею, – говорит он, возвращаясь за стол.
Я изумленно выпячиваю глаза.
– Правда?– говорю я, не веря своим ушам.
Он улыбается и скрещивает руки на груди.
– Да, почему нет? Твои работы такие же хорошие, как и дерьмо Декса на его стенах, – говорит он.
Я прикусываю язык, решая принять комплимент во что бы то ни стало, и осмеливаюсь высказать серьезную мысль.
– Ну, это не было бы просто моей работой. И мне нужно будет выставлять работы более престижных художников. Открыть галерею – это слишком много работы и очень затратное дело...
– Думаю, тебе придется пожертвовать парой-другой своих туфель, а я могу обойтись без нескольких «Ролексов», – замечает он с насмешкой, припоминая мои ранее сказанные слова.