– Чего ты хочешь от меня?
«Кого я обманываю? Я прекрасно знаю, чего он хочет».
– Я хочу, чтобы ты сказала мне, чего хочешь сама, – шепчет Кэл.
Секунду спустя его губы находят секретную точку на моей шее, и по телу проходит дрожь.
– Что, если я не знаю, чего я хочу? – мой голос подскакивает на целую октаву.
Кэл поворачивает меня к себе лицом, наклоняется и целует так, что у меня сбивается дыхание. Мне приходится крепче обнять его, чтобы сохранить равновесие. Я тихо стону, когда его язык начинает исследовать мой рот. Парень начинает плавно расстегивать молнию на моем платье, ожидая, что я остановлю его, и когда я этого не делаю, его рука проскальзывает под ткань. Жар его руки кажется чужим, но потрясающим.
Я открываю глаза. Вся комната кружится, но я фокусируюсь на нём. Каждое движение в такт, каждый поцелуй, каждое прикосновение – не следовало ему заставлять меня так чувствовать себя, будто он может читать мои мысли.
– Я хочу быть тем, кто покажет тебе, чего ты ещё не видела, – шепчет Кэл мне на ухо, пока расстегивает мой бюстгальтер. – Заставить тебя чувствовать то, чего ты никогда не чувствовала, – его голос льётся мне в ухо, пока его рука скользит вверх по моему бедру.
– Просто позволь мне, – говорит он, поднимая меня. Бретелька платья спадает с плеча.
– И что мне нужно сделать?
У меня вырывается стон. Он полностью околдовал меня. Поднимая меня выше, так что теперь я смотрю ему в глаза, он подносит губы к моему уху:
– Скажи «да».
Есть так много причин, почему я должна сказать «нет» – я едва его знаю, и мы только на втором свидании.
– Да, – говорю я, затаивая дыхание.
* * *
Время, которое потребовалось Кэлу, чтобы добраться до спальни на втором этаже квартиры, проходит за считанные секунды. Парень донёс меня как пушинку. Как только мы входим в комнату, он медленно и чувственно целует меня, и этот поцелуй заставляет меня желать большего. Когда его губы отпускают мои, мы восстанавливаем дыхание. Спустя пару секунд порознь мысли в моей голове начинают меняться с бешеной скоростью.
– Эм, подожди. У тебя есть какая-нибудь защита? – спрашиваю я, немедленно осознавая неловкость вопроса, как только тот срывается с моих губ.
Всё-таки я впервые попадаю в такую ситуацию, где не состою в отношениях с мужчиной, с которым собираюсь поделиться своим телом. Я не очень хорошо спланировала, что мне делать, если сегодня ночью всё зайдет так далеко, и ранее высказанное предупреждение Хилари теперь издевательски звучит в моей голове.
Я открываю глаза, ощущая, что его руки вокруг моей талии ослабляют хватку. «Чёрт, эти серые глаза очаровывают». Кэл опускает меня на пол, и пальцы ног утопают в самом мягком на свете плюшевом ковре. Перемещая фокус на всё его лицо, я пытаюсь найти в его выражении хоть намек на злость. Я уже слышала ужасные истории о мужчинах, отказывающихся пользоваться презервативами. К счастью, парень широко улыбается мне, берёт меня за руку и ведёт к кровати. Он садится и начинает рыться в ящике, встроенном в изголовье кровати. Пытаясь успокоить свои нервы и гормоны, я осматриваю комнату.
У него большая комната со стенами цвета серого камня. Большой камин встроен в стену, примыкающую к его калифорнийской королевской кровати, которая, кажется, простирается на мили вперед и застелена серо-голубыми простынями. Мои глаза быстро сканируют комнату в поисках личных вещей, но их здесь нет. Нет фотографий, безделушек или разбросанной одежды. Правда, я замечаю неоткрытый большой батончик «Сникерс» на дорожке, покрывающей камин, от которого на стенах начинают играть тени. Женский голос льётся из встроенной стерео-системы в спальне.
Я чувствую, как его рука скользит вверх по моему животу, и это возвращает меня в тот момент, когда каждый нерв моего тела просыпается. Упаковка из золотой фольги лежит возле него на кровати, ожидая меня. Глубоко вдыхая, я подхожу к нему, чтобы сесть, но его рука на моём запястье останавливает меня.
– Сюда, – говорит он глубоко повелительным тоном, указывая на место напротив него.
Моё тело начинает дрожать, и я двигаюсь туда, куда он мне указал. Кэл перемещается вперёд к краю кровати и нежно притягивает меня ближе к себе. Теперь его лицо в нескольких дюймах от моего живота, а губы нежно целуют пространство над моим пупком, и мышцы живота изгибаются в ответ. Он медленно водит пальцами по задней поверхности моих бедер, пока я смотрю ему в глаза – теперь они темно-серые. А светло-зелёные искры, которые появились в них раньше, сменяются страстью.
– Я хочу, чтобы ты знала, что контролируешь ты, – говорит он, чувственно облизывая губы, и я так сильно хочу, чтобы они накрыли мои.