Похоже, этот вечер будет интересным.
* * *
Когда мы выходим на террасу, у меня отпадает челюсть. А я думала, что вид из пентхауса Кэла был потрясающим.
– Красиво, правда? – говорит она, устраиваясь поудобнее за прекрасно расположенным столом справа от нас. – Я точно так же чувствовала себя, когда увидела вид впервые.
Обставленная белой мебелью, терраса простирается на мили вперед, и зажженные свечи пересиливают дым её сигарет еще до того, как мы заходим.
– Конечно, всё было не так, – говорит она, рукой показывая на безупречную дачную мебель и пышную зелень, обрамляющую балконную стену, – но я заметила потенциал.
– Это ты сделала? – шокировано спрашиваю я, когда присаживаюсь на место рядом с ней.
Этот комната совершенно отличается от того готического стиля комнат, через которые я прошла.
– Ну, дизайн и всё такое. Я говорила дизайнеру всё в точности, как я хотела, и она это сделала, – говорит она, и тушит сигарету.
– Превосходно, – признаю я, все еще осматривая окрестности.
– Спасибо. Жаль, Декстер не разрешает мне переделать остальные комнаты. Он говорит, что дом мужчины – это его царство или что-то вроде этого, – объясняет она, убирая с лица еще одну прядь волос.
Похоже, это её коронное движение, и оно ей очень идет.
– Итак, расскажи мне вашу с Кэлом историю. Я знаю только ту версию, где Декстер смягчил все подробности. Мужчины так неточны в подобных вещах.
Она подпирает подбородок ладонью, словно готовиться выслушать интересный рассказ.
Я выдыхаю. На самом деле, я не очень люблю вдаваться в подробности и никогда не чувствую себя в свое тарелке, когда говорю о чем-то, вроде этого.
– Ну, мы познакомились у меня на работе. Я буквально врезалась в него, и он пролил на меня свой напиток, – рассказываю я ей, вспоминая ту ночь, которая задала темп последующим месяцам моей жизни.
– И как давно вы встречаетесь?
– Около пяти месяцев.
«Вообще-то, уже пять месяцев и четырнадцать дней, но кто считает?»
– А теперь я здесь, чтобы вы одобрили его выбор, как я полагаю, – смеюсь я, чувствуя себя с ней поудобнее.
– О, нет, Лорен, не переживай по поводу нас. Кэл делает, что он хочет. Он привел тебя, чтобы похвастаться, – констатирует она прозаическим тоном. – По правде говоря, но только между нами, ладно? – она наклоняется, будто сейчас выдаст самый главный секрет. – Ты – первая девушка, которую он привел познакомиться с нами, ну, или, по крайней мере, со мной, – и она подмигивает мне.
Я не могу сдержать улыбку, но по какой-то причине, снова начинаю нервничать от того, что только что узнала.
– Значит, ты не просто сногсшибательная девушка, – смеется Хелен.
От комплимента я вспыхиваю.
– Декс с Кэлом питают слабость к красивым женщинам, а красивые женщины – к ним, – вздыхает она, ерзая на стуле, и я нервно сглатываю, что она замечает. – Не волнуйся, их не цепляет просто красивое личико. Они не такие идиоты, как все среднестатистические мужчины, – хихикает она.
– Как долго вы знакомы с Кэлом? – спрашиваю я, все еще чувствуя тревогу.
– Дай подумать, по-моему, в этом году будет уже шесть лет. Да, всё верно.
– Так, Декстер и Кэл правда близки?
– Как братья. Это им на пользу, ведь Декс – единственный ребенок в семье, а у Кэла вообще никого нет, – после её слов я не могу не почувствовать печаль.
Я знала, что Кэла усыновили, но никогда не думала, что у него совсем никого нет. Знаю, его родители – это всегда больная тема для него. После смерти своих родителей я чувствовала себя одинокой, но, правда, у меня были отличные отношения с Рейвен. Я просто предполагала, что у него с приемными родителями были сердечные, если не близкие отношения.
– А как вы с Декстером познакомились? – спрашиваю я, меняя тему.
Девушка медленно улыбается.
– Он был на выгодном положении в «Чикаго Дженерал», где я работала. Черт, я не знала, кем он был, когда подошел ко мне и сказал: «Я пожертвую миллион долларов сегодня вечером, если ты пойдешь со мной на свидание». И теперь я здесь, и мне противен этот дерзкий мужчина, который, как я полагаю, мне врет. Так что я сказала ему: «Если ты пожертвуешь миллион долларов, я пробегу вокруг этого отеля голой», а он засмеялся и ушел. Я больше об этом не думала. Спустя десять минут главврач больницы объявил, что Декстер Крест Филд младший только что пожертвовал десять миллионов долларов больнице. И когда появился он, у меня остановилось сердце, – она начинает смеяться, и я присоединяюсь к ней. – Будет ещё лучше. После его речи, во время которой, кстати, он не сводил с меня глаз, он подошел прямо ко мне, наклонился и прошептал: «Я бы предпочел свой дом», и оставил мне свой номер телефона, – заканчивает она рассказ с улыбкой на лице.