– Господи, зачем врач вообще тебе разрешил так рано из дома выходить?– возмутилась Вера.
– Да, коновал, какой-то, мне он сразу доверия не внушил, в медицине, мне кажется, вообще ничего не понимает. И больница какая-то стремная. Оборудование поломанное, до потопное. Ну, думаю, ладно уж, переживу как-нибудь. Маму расстраивать не хотел. Она почему-то считает этого доктора отличным специалистом. Он ей сказал, что он профессор, а она наивная, ты же знаешь. Ее кто угодно вокруг пальца обведет. Любой шарлатан.– Вспомнив, что нужно говорить слабым голосом, Вован еще сильнее навалился на Веру и с тяжелым вздохом сказал,– устал сегодня, извини.
Они вышли на улицу, и Вера медленно пошла рядом с несчастным страдальцем, опиравшимся, на ее худенькое плечико. Вдруг Вован резко остановился.
– Вот черт!– сказал он своим обычным, вполне нормальным голосом. Вера удивленно посмотрела на него.
В нескольких шагах от них стояла Алина Николаевна. Расширившимися от ужаса глазами она смотрела на забинтованную голову сына.
– Мам!– сказал Вован, бодрым шагом отходя, на всякий случай, от Веры подальше.– Все нормально, не пугайся. Это я так, прикалывался.
Вован повернулся к Вере:
– Ковальская! Ну, без обид, ладно? Смешно же ведь получилось, правда? Напоминаю, меня бить нельзя, я после аварии!– увидев гневно сверкнувшие глаза своей сегодняшней сестры милосердия, медленно двинувшейся в его сторону, завопил Вован.
Озираясь, в поисках выбора наиболее удачного пути для бегства, Вован заметил, что мать тоже смотрит на него далеко не добрым любящим взглядом, как обычно. В ее взгляде явственно читалось непреодолимое желание надавать драгоценному отпрыску оплеух и подзатыльников. Ее чаша терпения переполнилась. Сегодня он и ее достал.
– Я вызвала Валеру, что бы забрать тебя домой на машине. Чтобы ты не переутомлялся после травмы.– Ледяным тоном сказала Алина Николаевна.– А мой сын, оказывается, изображает перед своими друзьями умирающего, и идет, повиснув, на бедной маленькой хрупкой девушке! Свинья бессовестная!– уже не сдерживая себя, закричала она.
– Мне нужно идти Алина Николаевна, до свидания.– Сказала Вера, демонстративно не глядя в сторону Вована. Пусть сами разбираются. Она уже достаточно нанянчилась сегодня с этим великовозрастным идиотом.
– Мы с Валерой тебя довезем, ты же сегодня за тяжело больным ухаживала, шутка ли, таскать на себе целый день инвалида с отшибленными мозгами.– Взяв Веру под руку, сказала Алина Николаевна.– А ты,– она ткнула сына пальцем в грудь,– на метро доедешь, не принц. И из дома никуда! Вернусь, будем курс лечения проходить, пора тебя ставить на ноги.
Вован с тоской смотрел вслед, идущим к машине матери и Вере. Мать-то, конечно, отойдет, уже к вечеру, он то ее знает. А вот Верка, другое дело. Потом он бы ей сам рассказал, как подшутил над ней. Она бы шутку оценила, он был в этом уверен. Еще хохотала бы, как всегда, до слез, восхищалась бы его изобретательностью. Но внезапное, совершенно несвоевременное разоблачение спутало все планы. Все раскрылось в самый неподходящий момент. Верка всерьез обиделась. А Вован дорожил их дружбой. Совсем не хотелось бы так глупо ее разрушить.
Уже дойдя до машины, Вера обернулась и, сердито посмотрев на Вована, вдруг скорчила ему рожу, а потом высунула и показала язык. Вован радостно помахал рукой вслед отъезжающей машине.
15 апреля стало великим днем. Свершилось чудо-чудное. Неторопливая парочка Соня и Женя добрались, наконец-таки, до священного учреждения, где вершились человеческие судьбы, и подали заявление. Свадьба была назначена на 20 июля. Знаменательное событие подачи заявления, решили отметить в маленьком ресторанчике. Чтобы, не умереть с тоски, Вера взяла с собой, в качестве кавалера, Вована. Предварительно проинструктировав и взяв с него торжественное обещание вести себя прилично.
– Ты мне должен.– Сказала Вера, намекая на выходку с ролью умирающего.
Вечер прошел вполне мило. Вован вел себя безукоризненно. Явился в костюме, при галстуке. Даже вечно взъерошенные волосы кое-как причесал. Счастливой, немного смущающейся собственным счастьем, невесте преподнес шикарный букет, облобызал ручку, наговорил комплиментов. С женихом раскланялся. Вере заметил, что она прекрасно выглядит. Стул ей весь вечер подвигал, выпивку наливал. В общем, вел себя как заправский кавалер. Шутил тонко и интеллигентно. И, к концу вечера, совершенно очаровал Соню и ее жениха. Соня потом восхищалась, какой приятный и воспитанный молодой человек. И даже высказала предположение, какой бы подходящей парой он бы был для Веры.
– Сразу видно серьезный и не нахальный. Умный, воспитанный, одет аккуратно. Вы бы очень подошли друг другу. Он бы уравновешивал твое легкомыслие и безответственность.– Пела Вовану дифирамбы Соня.