– Сенечка весь краснеет, перестает дышать и хрипит.– Чуть не плача, сказал Сергей.– Вызывай скорую!
В предобморочном состоянии Вера подошла ближе и взглянула на сынишку. В это время, Сенечка, спокойно лежавший на руках у умиравшего от волнения папы, весь покраснел, сморщил личико и громко закряхтел. Сергей задрожал, а Вера, почувствовав, что снова может нормально дышать вздохнула с облегчением.
– Сережа,– сказала она, стараясь говорить спокойно и преодолевая желание сходить за утюгом, и треснуть им мужа как следует.– Сенечка тужится.
Сергей с такой силой выдохнул, что Сенечка недовольно заворочался у него на руках, а потом снова покраснел, сморщился и закряхтел.
– Блин!– с облегчением и с долей смущения сказал Сергей.– Я думал, что все.
Вера смотрела на своего мужа и не знала плакать ей или смеяться.
Закончив со всеми делами, уставшая за день Вера, добралась, наконец, до кровати. Кровать была пуста. Она отправилась в детскую. Сергей сидел рядом с кроваткой, с нежностью глядя на спящего сына.
– Сереж, пойдем спать.– Позвала его Вера.
Сергей посмотрел на нее и улыбнулся.
– Я посижу, посмотрю, как он спит, на всякий случай.– Сказал он. Вера пожала плечами.
– Я пошла. Если, вдруг, Сенечка проснется и заорет, и начнет дрыгать ручками и ножками, это не от того, что он умирает, и нужно срочно вызывать скорую, и падать в обморок, просто, значит, он захотел есть, и ему нужно дать грудь. Между прочим, можешь попробовать предложить свою, я не возражаю.
Сенечке исполнился месяц. По случаю грандиозной даты собрали близких. Приехала мама Сергея. Она, в последнее время, плохо себя чувствовала и редко куда-то ездила, но ради внука, все-таки собралась с силами и приехала. Нарадоваться не могла на сына с невесткой, как они хорошо живут, как ладят, и на маленького Сенечку смотрела с нежностью и любовью, чувствуя себя счастливой. Соня приехать не могла, у нее самой был полугодовалый сын. Верина мама, должна была приехать в Москву только через месяц.
Приехали Телянины, всей семьей. Родион Петрович и Алина Николаевна ворковали над Сенечкой, надеясь, что и Вован, все же осчастливит их, рано или поздно. Вован сначала смотрел на Сенечку с опаской. Очень уж маленький, даже подойти страшно. А потом, улыбающаяся Вера, осторожно положила Сенечку ему на руки, и Вован моментально превратился в совершенно другого человека. Нежная трогательная улыбка появилась на губах, вместо привычной нагловатой ухмылки. Он смотрел на малыша с таким восхищением, как на самое большое чудо изо всех, что он видел в своей жизни. Он что-то нежно говорил ему, осторожно покачивая, поглаживал крошечные пальчики.
– Смотри, что твориться с нашим Володькой!– подойдя к Сергею, сказала Вера. Он притянул ее к себе и обнял.
– Я сам даже не думал никогда, что маленький человечек может так влиять на взрослых здоровых мужиков.– Улыбнулся он.
Сенечка уснул прямо у Вована на руках. Вера аккуратно забрала его и положила в кроватку.
– Осторожнее, Ковальская. Смотри, ручку ему неудобно подвернула. Кто тебе только ребенка доверил!– прошипел Вован.
Вера засмеялась.
– Телянин, я тебя обожаю!
Ревниво проследив весь процесс укладывания, до того момента пока криворукая мамаша не укрыла Сенечку одеяльцем, Вован, наконец отошел от кроватки. И сразу возвратилась привычная ухмылка и нагловатое выражение лица.
– А он ничего, симпатяга! Ты точно уверена, что он твой?
Полюбовавшись еще немного на симпатягу Сенечку, Вован сказал:
– Знаешь, Ковальская. Я, конечно, к этому еще не готов, но когда соберусь, можешь мне такого же сделать, я не возражаю. У тебя хорошо получается.
– Ты самый ужасный из всех кого я знаю!– улыбнулась Вера.
Сенечка рос спокойным, здоровым, любознательным ребенком. С каждым днем он внешне становился, все больше и больше похож на Веру, только глаза были не ярко голубые, как у нее, а скорее серые, как у отца. То, что сын похож на Веру, приводило Сергея в полный восторг. Каждый раз, когда их навещали Телянины и Алина Николаевна умилялась, что Сенечка вылитая Вера, только высокий и широкоплечий как папа, Сергей с гордостью соглашался. А Вован, обычно, говорил после этого:
– Да ладно, с лица воду не пить. Он же мужик, внешность не главное.
Или:
– Ну, ничего, Верка то вон живет и замуж даже вышла. А с возрастом люди вообще меняются, может Сеньке и повезет еще.