Пожалуй, от массажа я откажусь.
Я же не знала, что ты…
— «Непорочность» непорочна даже в мелочах, – все же наши лозунги надо немного доработать, обработать, переработать. – Я – рядовой стилист, и не имею право менять заказы клиентов. – Я пробормотала.
Почувствовала, как слезы наполняют мои глаза.
Ротик Лорен изогнулся в жалкой улыбке.
Лорен боится меня, боится после того, что я ей наговорила, боится снова меня рассердить.
— Лорен, – я сделала шаг к той, которую так ненавидела раньше, и теперь мои чувства не погасли, но это уже не ненависть. – Лорен. – Я повторила и заключила ее в свои объятия.
Накрыла своими губами губы Лорен.
Мой язык искал ее язык. – Извини, нашло, – я отпрянула и попыталась вырваться. – Теперь я понимаю твои чувства, Лорен, когда ты набросилась на меня в «Кастро» и целовала с неистовой силой. – Прости, я сама не понимаю, что делаю, – я отвернула пылающее лицо. – Моя неопытность.
— Я тоже неопытная, — Лорен прислонила свои огненные ладони к моим щекам. – Мы будем друг дружке передавать нашу неопытность.
Я люблю тебя, Эсмеральде.
— Я… я не знаю, – я засмеялась.
Не знаю, люблю ли Лорен, и можно ли назвать любовью то чувство, которое не давало мне в последнее время спать и заставляло метаться из угла в угол, то чувство – любовь ли это?
Но я уверена твердо, что разберусь с этим.
У нас с Лорен много времени – целая жизнь впереди.
И еще я подумала: стоит ли сейчас признаваться, что я не простая стилист из «Непорочности».
Лорен, когда привезла мне заказ из Королей и Капусты, тоже ведь не призналась, что она…
Но это уже к делу, к нашему общему делу, сейчас не относится.
Да и не важно это для нас…
Конец