— В этом и прикол, – Виола небрежно отбросила телефон на одежду.
— К сожалению, не я выкладывала это видео, и я не могу его стереть.
— Зачем стирать, ведь прикольно.
— Реально прикольно, – я провела рукой по волосам.
«Неужели, можно обходиться одним словом на все случаи жизни?
Зачем тогда изучать литературу, ломать язык над сложными словосочетаниями? – Я мысленно усмехнулась. – Пусть они – они, а я – останусь я – без всяких прикольно».
— Эсмеральде? – брови моего жениха изогнулись в удивлении.
— Альберто? – я спряталась за Виолу. – Удивительное у тебя свойство появляться без предупреждения.
— А у тебя, Эсмеральде, удивительное свойство, оказываться в интересном обнажённом положении, когда я появляюсь без предупреждения.
— Сасный, – Виола оценила стать и красоту моего жениха. – Присоединяйся к нам.
Будет прикольно.
— Благодарю, – Альберто шутовски поклонился.
Шутовски-то-шутовски, но вышло у него все равно величественно и изящно. – Я со своей невестой сам.
Сам к ней присоединюсь.
— Прикольно, вы жених и невеста, – Виола присвистнула.
— Альберто, выйди, я оденусь, – я сжала губы.
— Можете продолжать, – Альберто скрестил руки на груди.
— Прикольно, ты стесняешься своего жениха, – Виола округлила глаза. – Вы что еще не были вместе? – Она заржала.
— Альберто, покинь помещение, – я проблеяла, хотя пыталась говорить ровно.
— Значит, я врываюсь в самый неподходящий момент и в самое неподходящее время? – жених бесцеремонно рассматривал меня.
Любуется моей наготой, или – обнаженностью рокерши?
Я и Виола слишком близко друг от дружки, поэтому не получится точно угадать, кого Альберто бесцеремонно разглядывает
— Я подожду тебя, Эсмеральде, за дверью, – Альберто произнес достаточно сухо.
— Как у вас все серьезно, прикольно, – Виола продолжала принимать душ.
Намучилась она под не дышащей кожей рокерского одеяния.
— Самое прикольное, что я забыла у Ванесса взять сухую одежду, поэтому вынуждена натягивать мокрую свою.
Не появляться же мне перед женихом и гостями обмотанной полотенцем, или, как любят некоторые, голой.
— Я думаю, что ты никого не удивишь своим голым видом, если пройдешься по дому, – Виола вылила на голову половину флакона Шармель. – Многие последовали примеру невесты.
Мы же, девушки, только делаем вид, что стесняемся своей наготы.
На самом деле нам хочется покрасоваться, блеснуть наготой перед всеми, чтобы оценили, чтобы восторгались.
Прикольно.
Только нужен полновесный повод.
— Нагота – не моя тема, – я неуютно чувствовала себя в мокрой, после бассейна, одежде.
— Вы, подружки невесты, хвастаетесь, что без трусиков в коротких юбочка, — Виола вышла из-под водопада, обтерлась розовым полотенцем из коллекции Ванессы.
Я отметила, что Ребекка курьерша из Королей и Капусты не вытиралась, постеснялась воспользоваться полотенцем хозяйки дома, а рокерша Виола не чувствует моральных преград и угрызений совести, что пользуется чужими вещами.
— Мы в одном наряде, потому что – подружки невесты, – я нехотя согласилась с рокершей. – Невеста захотела, чтобы мы не одевали нижнее белье.
— Прикольно. Человек всегда найдет оправдание, – Виола пожала плечами. – В этом отличие гомо сапиенса от животного.
Человек найдет всегда оправдание своим поступкам – любым поступкам, объяснит свои действия или бездействие. – Рокерша натянула черные ботинки с тупыми носами, и разумеется, с множеством заклепок.
У меня возникло подозрение, что Виола учится на философа.
— Пойду голая, как ты советовала, Эсмеральде, – татуированная рокерша Виола подошла к двери.
— Я? – я чуть не захлебнулась возмущением.
— Ты. А что ты? – Виола остановилась и с любопытством изучала меня.
— Я посоветовала тебе выйти из душевой голой, вернее – только в одних ботинках?