Но остаётся важное вечернее дело. Общее дело всей Людской.
Ужин.
Первыми во дворе появляются Зита с Наташкой.
Две девчонки нагружены корзинками с ужином. В классических платьях горничных с белыми накрахмаленными фартуками, они чем-то неуловимым напоминали школьниц советских времён из десятого «Б», играющих красную шапочку, забежавших на занятие в театральный кружок во дворце пионеров. Только без самих шапочек.
Что-то обсуждая, здороваясь со знакомыми, махая ручками мимо-проходящим парням, они не спеша пересекли двор.
Девчонка, удовлетворённо ухмыльнувшись, отошла от окна. Прекрасно!
Платье полетело под дверь, рядом, в живописном беспорядке примостилась нижняя рубашка, пояс с чулками повис на приоткрытой дверце шкафа. Полностью нагая рабыня падает спиной на кровать, в падении широко раскинув руки.
И зажмуривает от удовольствия глаза.
Служанки браслетами открывают дверь Людской, бестрепетно переступают через порог в спокойную тишину прихожей.
В них нет страха или зажатости, они спокойно разулись у порога, посмеиваясь друг над другом, переживая сегодняшний день.
Рабы быстро привыкают к семье, когда проходит первый страх и отчаяние, жизнь снова берёт своё. А рабство? А что рабство, не загнали на поля или в шахту, ничто, жить можно. Да и в глубине каждой сидит уверенность, нет даже не уверенность — осознание, я не такая, я лучше рабынь с полей, и ничего плохого со мной не случится. Зло этого мира обойдёт меня стороной, а если и нет, то, когда это будет, и будет ли вообще.
А пока мы все живы…
Девчонки остаются девчонками, так же стреляют глазками в мальчиков, юное сердечко бьётся быстрее, когда мальчишка улыбнётся в ответ, и не важно кто он, барчук, сын и наследник могущественного Лорда, пацан с улицы, свободный как ветер, и такой же бедный, или отверженный раб-Пассия.
Это жизнь…
— И Принцесса говорит такая вся расфуфыренная, — голос Зиты приобрёл слегка писклявый оттенок, — «Я рада, что Вы Папаня вернулись удовлетворёнными из Людской, полагаю Педагог, показала глубокие познания о тварях Изнанки, и Вы наконец доверите мне покупку протестировать в полевых условиях?»;
— Да ладно? Так и сказала? — голос Наташки не мог скрыть удивления, — Во речь толкнула!
— Бля, буду! Жопу ставлю! Всё так и было! Папик, чуть не поперхнулся чохомбили.
— Настя выходь, зачёт принят. — голова Наташки сунулась в гостиную. — Ты чё лежишь?
Девчонка довольная как кошка потянулась, и зевнула от души, смачно, заразительно, свободно, не стеснялась своей наготы, прекрасная и желанная.
— Ой! Простите. Папик меня так уработал, что прям глаза открыть не могу, — и подперев рукой голову, скромно попросила, — Наташа, Вас не затруднит помочь мне заправить кровать, я такую большую ещё не заправляла, боюсь будут складки.
— Сама корова заправишь, хрюли за тебя работать? Разок ножки раздвинула и уже пися важная. — взорвалась совсем молодая девчонка.
Она встала в дверях гостиной, и не собиралась останавливать свой гнев, и много чего бы наговорила, но…
Но её оппонентка, мягким движением перекатилась по кровати и не останавливаясь, пружинно соскочила на ноги, четыре шага, и резкий тычок в живот.
Скандалистка согнулась пополам, рот жадно ловил воздух шевеля губами, а глаза…
А в глазах плескался страх, пополам с удивлением.
— Девки, что там у вас, что за кипишь? — с кухни раздался голос более старшей служанки.
— Всё путём Зита! Наташа помогает мне стелиться. — звонко и радостно ответила победительница, поднимая за волосы побеждённую, и уже тихонько на ушко ей шепнула, — ты сучка, у меня при всех хозяйскую сметанку вылижешь, тварь! Работать жопошница!
И не сильно, скорее для порядка, чем по злобе, толкнула её к кровати, добавив пинок голой ногой. Для ускорения.
Пока камеристка с хмурой рожей перестилала барскую постель, меняя белоснежные простыни, выравнивая и разглаживая, она спокойно, без спешки оделась, отвесила затрещину, ткнув пальцем в складку на покрывале, и когда с кухни появилась более старшая рабыня, Зита застала умилительную картину, две закадычные подружки вместе взбивали подушки, и аккуратно клали у изголовья.
Что может быть прелестней, слаженной работы двух юных служанок, на благо Фамилии?
Вечером первого дня службы, меня осчастливил вниманием Ваш Батюшка, и я показала горячо любимому Господину все свои умения.
Лорд преисполнен мужской силы, и нежности, его страсть как море, бездонная, у меня с первой секунды выросли два белых крыла, и душа рвалась ввысь.