— Да как такое может быть, бред какой-то! — взвилась я.
Маман встала открыла дверь, там в коридоре ждала Педагог, когда можно будет снова ко мне зайти, мы как раз изучали монстров третьего уровня, лежали вместе на полу и разглядывали учебник.
В нашей семье не принято при ожидании распоряжений от Хозяев опускаться на колени, маман слишком балует рабынь, я отношусь к ним тоже не очень строго, Педагог просто стояла на вытяжку возле двери.
— Иди к Марте, пусть она тебе тряпку даст и помой спортзал. Здесь не торчи. — отослала она девку.
У меня заныло в душе, если выгоняют рабыню, значит будут что-то говорить не для чужих ушей, и это как правило не приятные вещи.
— Её дядя, был Одарённый, мало ему было быть просто Магом, связался с Нурглом, мудак, захотел вечной жизни и бесконечного могущества, вскрылось вовремя, он не успел начать трансформацию. Его по-тихому уничтожили, на Изнанке, как будто пропал во время Выхода, а его семью и весь род искоренили, под корень. Даже сестру, что выдали замуж за Лорда— маман не закончила.
Я не дала. Не поверила.
— Мама что за ерунда! Такого не может быть, мы Благородное Сословие, нас даже пороть нельзя, а тут такое. Да что за бред!! Даже слушать не хочу— немедленно взвилась я.
Вот дурой была тогда…
Она немедленно упёрла руки в боки и заговорила, взвешивая слова. В такие моменты, с ней даже папан не пререкается.
— Слушай дочка, умнее будешь. Так с нами можно, и да пороть нельзя, а в душкамень переделать ещё как можно. Камень Душ. Знаешь, что это такое? — уставилась на меня маман.
Ну да, конечно, я знаю. Да все знают.
Гильдия Душегубов, вечный страх всех свободных людей. У жертвы под пытками извлекают душу и заключают в Камень, страшнейшая смерть, нет не смерть, хуже.
— Вот там под Ареной их всех и продают, но только не в рабство, а на погибель, в рабстве жизнь тоже есть, вон слуги у нас дома, вполне себе живут, а те, кто попал под арену, уже покойники.
— Мама, а это точно, может, просто слухи? Да, наверное, это просто сплетни, нам не рассказывали такое на уроках, и по телевизору ничего такого не было. Ну не могли бы такое не сказать?! Вон, когда несколько лет назад казнили семью Лорда за переход на Тьму. Нам в классе и суд и наказание показывали, а тут и намёков нет. — ну не могла я в такое поверить.
— Я сама, своими глазами её видела. — маман села на стул за столом.
Похоже разговор будет долгий.
— Помнишь я зимой пришла вечером домой злая как собака, выпорола Марту и наорала на всех, что мелкие от меня попрятались под кроватью.
Суд был закрытый, похоже, Нургл опять зашевелился, а значит Безликий не хочет пугать плебс, не зачем им лишнее знать.
Знаешь серое здание — это как идти от Совета Иссекаев (Примечание в Реале штаб КДВО. Лорд Фоков) в сторону ж/д вокзала, там раньше была тюрьма. Сейчас арестантов нет, там держат осуждённых Свободников.
Нас несколько семей Лордов и Одарённых пригласили, сперва в актовом зале предъявили Приговор Безликих, потом припугнули как следует, что ждёт за связь с Дальними, и повели показать осуждённых.
Их там на ночь запирают в камеры, а днём приковывают стоя в коридоре, страшно смотреть блять. — маман матюгнулась, я маты у неё с роду не слышала.
Я молчала, даже не знала, что и сказать.
— Я там и твою одноклассницу видела, голая, как и все, стояла к стене прижавшись, ошейник на неё одели из толстенной полосы кованый, тяжёлый паскуда и кандалы с цепью в палец толщиной. Метала килограмм двадцать на зассыху навешали, стоит об стенку опирается, стоять не может, ноги не держат. Она сама по себе не высокая, а тут ещё похудела, кожа и кости, будто в Освенциме побывала. Глаза тусклые как у зомбяков из фильмов, только ни хрена не фильм.
Меня увидела, глаза отвела, стыдно, что в таком виде видят. А руки поднять прикрыться не может, цепи в пол вбиты.
У нас таких за глаза зовут Убиенные, девчонка ещё, ходит и дышит, а уже её жизнь закончилась, и впереди только смерть, более или менее мучительная.
Так что я знаю, что говорю, и ты знай, и дурой не будь, а в мозги откладывай что я тебе говорю.
Так что пока мы с тобой выбирали тебе подружку в школу, она стояла там голая, вместе с роднёй и гадала, повезёт не повезёт. А по её глазам видно, что уже и гадать сил не хватает.
Я, когда оттуда вышла меня всю колотит, прямо руки трясутся, за руль сесть не могу, посидела на лавочке в скверике, поуспокоилась и на «единице» поехала в Церковь Святителя Иннокентия, столько лет в автобусе не ездила, даже сколько стоит билет не знала, на меня все работяги смотрят, я прилично одетая, в платье, блять, ехала на светский раут, а приехала на казнь!