Вот Вам новоявленный Рыцарь Роланд!
Прошу любить и жаловать, только он так же кончит свой жизненный путь, как свой песенный собрат, только быстрее:
«Меч и щит кладёт себе на грудь.
К Испании лицо он повернул,
Чтоб было видно Карлу-Королю,
Когда он с войском снова будет тут,
Что граф погиб, но победил в бою!»;
А Магия Подчинения, усилит храбрость Рыцаря.
Писмо от Педагога. Экзамен
Письмо от Педагога.
Экзамен.
Моя Драгоценная Госпожа!
Пишу я Вам из славного города Новороссийск!
Конец нашего путешествия, не за горами, а за узким проливом. Моя душа полетела бы чайкой на встречу новой жизни, но увы и ах, мы уже второй день застряли на сортировочной станции.
Запах моря пропитал воздух, солёный бриз гуляет по теплушке, изгоняя запахи долгого путешествия полутора десяток девок в одном вагоне.
Чайки кружат над поездами, роются в канавах, стучат клювом по крыше, здесь нет голубей и воробьёв здесь царство чаек, мне они напоминают цыганок, такие же беспокойные, грязные, беспардонные и невоспитанные, но свободные и независимые.
И наглые!
Роясь и крича в отбросах близлежащей помойки, они отказались брать, ту единственную еду, которую я смогла им предложить.
Когда, я бросила им свою порцию гриба, они с брезгливым видом отвернулись, даже не попытавшись откусить кусочек, хотя бы из уважения ко мне, представительнице высшей расы!
Гордые, вольные птицы.
Ни на одной чайке я не встретила ошейника…
Как хочется, раскинуть крылья и полететь, полететь, подняться на серых крыльях над мешаниной путей, выше столбов с проводами, выше и выше.
Сделать прощальный круг над станцией, громким карканьем попрощаться с рабынями, ставшими за путешествие родными для меня.
И лететь прямо над железкой, над мостом, недавно откопированным из Реала, над проливом. И пересекая узкую полоску воды, с высоты птичьего полёта наслаждаться красотой творенья рук человеческих.
Некому создать подобное в этом мире, даже боги не могут превозмочь силу труда…
Трудно привыкнуть к небу Изнанки.
Всегда новички на небо уставятся, а под ноги глядеть забудут. Куда как часто, после этого они старичками не успевают стать.
Но посмотреть есть на что.
В мой первый раз небо было золотистое, стоял день, светло и хорошо. Небо собрано в сборки как шторы в моей детской комнате, и тишина.
Это уже много позже была бойня, да так что едва треть вернулась. С начала всё дышало покоем и немировой необычностью.
Сегодняшнее небо — клубящийся туман, с зелёными тенями, скользившими внутри туч. Низко, совсем низко над нами, скалы отвесные двести метров в вышину и всё, дальше тучи.
Скалы стоят чересполосицей, как глаз хватает, со всех сторон скалы, как столбы вырастают из земли. В трещинах разрослись деревца, виноград и другие незнакомые лианы заплели их, зелёными пальцами хватаясь, за любую трещинку, выступ или корень более успешных сотоварищей. Невысокая трава, кустарник до макушки и куча обломков скал. От небольших, размером с голову ребёнка, до просто поваленных на бок, разорванных, и оплавленных адским огнём.
На одну из таких падших колон мы и вышли из Врат.
Небольшая площадка, вырубленная в камне, и из этих же булыжников по периметру выложены стены в две трети человеческого роста, без бойниц, а это чертовски важно в нашей жизни. Поребрик по грудь — удобная вещь для стрельбы из лука и арбалета, когда не ожидаешь, что прилетит в ответ уже тебе. Так что это уютное гнёздышко не крепость для обороны от ксеносов, скорее просто укреплённый лагерь перед выходом с Изнанки, место чтобы в безопасности дождаться, когда отворят Врата и Отряд покинет пределы иного мира.
Правда во всех мирах правдива истина:
«Крепость без гарнизона горка камней»;
Так и есть на Изнанке не поставишь солдат охранять ворота, поэтому и каждый выход опасен сам по себе. Мудрость командира отправить на разведку кого не жалко, чтобы уберечь Юнита. Мудрость Копии, доказать нужность и полезность, чтоб послали её, а не меня.
Но сегодня разведчику повезло.
Гертруда сжалась в углу, выставив могучее копьё и закрыв глаза. Судя по ней, я не уверена, что ‘Смерть Камень’ находится на прежнем месте. В дальнем углу прямо на вертикальной стене замерла во сне сороконожка, небольшая, в пол человеческого роста. Кто-то из Юнитов походя ткнул копьём и отскочил в сторону дожидаясь пока клешни перестанут сучить.
Мелкая заминка с монстром дала мне возможность оглядеться куда мы вышли.