— Эк тебя потрепало, — сказал он намного спокойнее. — В прошлый раз ты выглядел лучше. Да и узлы событий вокруг тебя затянулись туже некуда. Недолго тебе осталось.
— Сколько ни осталось, всё моё, — парировал я.
— Чем короче будет наш разговор, тем лучше.
— Полностью согласен. Меня интересует твой… способ существования.
Призрак выдвинул челюсть, сжал губы, а потом вопреки только что сказанному взмахнул руками и исчез.
Я почувствовал, как плетение, удерживающее меня в Эфире, разлетелось в клочья. Энергетическое пространство затряслось от возмущений, вызванных инородным предметом, то есть мной. Пришлось сплести инверсный оберег, чтобы не превратиться в пыль под давлением взбесившихся потоков, до сей поры мне не представлялось случая узнать, что бывает с теми, кто оказывается в Эфире без вакуумного пузыря, но некромант помог мне заполнить этот пробел в знаниях. Вместо сравнительно плавного перехода начался стремительный полёт через Эфир. При прохождении сквозь каждый стык слоёв на щит обрушивался мощный удар, и трясло так, что я расквасил губу об собственное колено. Пришлось очень плотно сгруппироваться и пристально следить за подпиткой оберега, чтобы последняя стена между мной и энергетическим ураганом не лопнула.
Тряска резко прекратилась: меня вышвырнуло в материальный мир как из катапульты. Щит, моментально потеряв сопротивление извне, взорвался. Раздался грохот, треск, в глаза ударил яркий свет. Мгновение спустя я оказался в воде и даже немного успел её наглотаться, но озеро очень кстати смягчило падение, так что обошлось без переломов.
Вылезая из воды, я костерил Муалима на чём свет стоит. Домика больше не существовало: старые доски разнесло в щепки, деревья, составлявшие остов строения, сломало ударной волной. Часть красивого эльфийского сада тоже пострадала. Даже кровать с останками разметало по окрестностям. Только посох с черепом в полной неподвижности замер внутри защитного магического поля, парящего в двух саженях над землёй.
Некромант всё-таки решил помериться силами.
Осмотрев последствия своего возвращения, я смачно сплюнул. Так как осязание на днях отказало мне, потребовалось проверить всю кожу на предмет повреждений. К счастью, обнаружилась лишь пара лёгких ожогов.
— Ну ладно, умник, — сказал я, подходя ближе к посоху. — Хочешь по-плохому — будет по-плохому.
Защитное поле, которым Муалим оградил посох, подверглось тщательному анализу. Через несколько минут я узнал в обереге слегка изменённое «яйцо дракона» — высшая магия, многоуровневое плетение с сотнями связок. Заклинание испепеляет любой прикоснувшийся к нему объект, исключает энергетическое проникновение и отзеркаливает направленные извне магические удары. Настоящая крепость.
Между тем достать вредного некроманта я мог только через посох. Этот артефакт служил одновременно якорем и проводником, благодаря которому Муалим и его эльфийка комфортно существовали внутри искусственной структуры, зафиксированной в спокойном участке Эфира. Он же позволял некроманту наблюдать за тем, что происходит в материальном мире. Так что у меня не оставалось иного выхода, кроме как взломать выставленную южанином защиту.
По пути сюда я даже не рассчитывал, что будет так весело.
Вместо того чтобы ломать щит ударами космической силы, я очертил вокруг него большую магическую фигуру и под завязку напоил её энергией. В каждом узле фигуры — а их получилось больше сотни — расположил маленький отражатель, настроенный таким образом, чтобы отзеркаливать мою магию без затрат энергии. Затем начертил неподалёку круг, несколько иного назначения.
— Давай посмотрим, насколько ты хорош, — сказал я и запустил механизм отражателей.
Тысячи крохотных импульсов атаковали заклинание некроманта. Их целью было вовсе не одолеть защиту числом: «яйцо дракона» исправно отражало каждый из них, но после этого импульс попадал на мой отражатель и возвращался к щиту, окружившему посох. Суть была в том, чтобы настолько загрузить защитный механизм «яйца», что оно начало бы пожирать слишком много энергии. Для этого понадобилось около миллиона импульсов, мечущихся между вражеским щитом и моими зеркалами.
Дальше пошло совсем интересно. Я направил поток стабильной энергии якобы на подмогу «яйцу». Как и ожидалось, «умное» заклинание некроманта было слишком занято отражением микроатак, чтобы заметить примешанные в свободную силу коварные связки Материи, способные заменить любую связку других Начал. «Яйцо» жадно поглощало дармовую энергию и восстанавливалось за счёт неё. Дождавшись, пока добрая половина «яйца» заменится моим заклинанием, я создал внутри щита некроманта своё собственное поле, и посох оказался в моей власти. Поток силы Муалима теперь лежал передо мной как на ладони.
— А вот и ты, приятель.
Я спустился по энергетическому каналу и без труда нащупал созданную некромантом структуру — крохотный мир, в котором обитали души двух разумных существ. Одна душа была сильно повреждена и не производила ни малейшей активности, вторая же усиленно пыталась отсеять мои заклинания из своего потока, но безуспешно. Муалим сопротивлялся, явно не желая покидать насиженное место, и когда я потянул его к себе, упёрся изо всех сил. «Как будто крысу за хвост тащу», — мелькнула мысль.
Воспользовавшись заклинанием Материи, я спеленал душонку некроманта и одним рывком протащил через захваченный мной канал. «Яйцо дракона» тотчас исчезло, моя магическая фигура выплюнула остатки энергии и тоже умерла. То, что осталось от Муалима, полетело в заранее приготовленную ловушку.
— Мразь! — завопил призрак, оказавшись в западне. — Сволочь! Верни меня сейчас же!
— Не покидай круг, и ничего с тобой не случится, — сказал я, подойдя ближе. — Вернёмся к нашему разговору.
— Даже не рассчитывай, что я открою тебе секрет своего изобретения!
— Секрет? — я усмехнулся. — Да кому нужен твой секрет, я уже и так знаю, как ты это сделал! Мне нужна информация об искривлениях эфирного пространства. Слабые места, прогибы в верхних слоях. Раз уж ты обитаешь в глубине Эфира, я подумал, что ты должен знать.
Полупрозрачный некромант смотрел на меня волком. Сейчас он уже не казался страшным, скорее жалким. Говорить он, однако, не торопился.
Мнит себя непробиваемым.
— Что-то мне подсказывает, что ваша трогательная история любви слегка надумана, — проговорил я, теряя терпение. — Душа твоей возлюбленной в плачевном состоянии.
— Это не твоё дело! — рявкнул Муалим с ненавистью. — Сраный ты ублюдок, верни меня назад!
— Она не хотела умирать с тобой, не так ли? — продолжил я, нисколько не заботясь о чувствах некроманта. — Эльфы не убивают себя и не мыслят существования без природы. Ты утащил её с собой силком. Неудивительно, что её душа там окаменела от тоски.
— Заткнись, ты, выродок! — орал призрак в бессилии. — Куда тебе понять, что такое любовь?! Ты же ходячая бесчувственная глыба, голем! Тебе не дано испытывать настоящие чувства!
Отрицание. Как тривиально.
— Ты жалок, — лениво бросил я. — Убил свою женщину, а теперь заставляешь её душу существовать в полупустом потустороннем мирке, насильно поддерживаешь в ней остатки жизни. Оправдываешься перед самим собой любовью, которая сильнее смерти. Даже для такой бесчувственной глыбы, как я, это слишком.
Лицо Муалима исказила мука. Стало даже немного жаль его, но он сам не оставил мне выбора.
— Ответь на мои вопросы, и я отправлю тебя обратно. Даю слово.
— Пошёл ты, — тихо ответил призрак, глядя мне в глаза. — Ничего я тебе не скажу. Прикончи меня или проваливай туда, откуда выполз.
Не сломался. Жаль.
— Не заставляй меня прибегать к крайним мерам.
— Я тебе уже всё сказал. Катись.
Не на это я рассчитывал. Очень не хотелось идти на сделку с совестью и ухудшать и без того дерьмовое положение Муалима. Да и где гарантия, что это поможет? Судя по всему, хуже его душе уже некуда.
Я оказался в затруднительном положении, и не знаю, чем бы всё закончилось, не приди мне в голову одна совершенно дикая мысль.