Я усмехнулся. Как всё-таки непринуждённо сие прозвучало: «…единственному из целой группы, удалось остаться в живых». Слова, казалось бы, просты, легки и незамысловаты. А если вдуматься?
– Сейчас объясню. – Сказал я.
* * *
Мы с Игорем успели обменяться прощальными взглядами, прежде чем его, обвив вокруг шеи и торса, уволокли два переплетённых между собой щупальца.
Я зажмурился, проклиная руководство за то, что не выдало мне хотя бы однозарядный пистолет. Да, вы правильно меня поняли, отстреливаться в той ситуации было бы глупо и бессмысленно, а вот снести себе разом пол черепа – идеальный вариант. Смирившись с уготованной мне участью, я наскоро простился с жизнью, приготовившись умереть. Однако, шли секунды, но ничего не происходило. Меня никто не хватал, не скручивал, никуда не тащил, разрывая в клочья.
«Неужто забыли «трофей»?» – Мелькнуло в моей голове нечто наподобие смутной надежды. Но разве подобное возможно?.. Да и что, спрашивается, лучше?..
Не знаю точно через какое время, по-моему, достаточно короткое, хоть и показавшееся мне едва ли не вечностью, я вдруг ощутил сквозь стиснутые веки быстро усиливающийся поток света…
* * *
– Одну минуту. – Прервал меня Глава, командно подняв руку, точно постовой на перекрёстке. – Маленькая деталь. Если я верно истолковываю изложенное вами, вы могли, так сказать, улавливать лишь те мысли, которые пришельцы выражали в форме звуков? Остальное оставалось для вас недоступным?
– Не совсем так. – Мягко поправил его я. – Остальное мне тоже удавалось, как вы выразились, улавливать, но только намного более слабо и абсолютно неразборчиво. Пояснить конкретней не могу. Скорее всего, это связано со структуризацией сигнала, его оформлением.
Глава отчего-то очень тяжело вздохнул, затем, плавно опустив руку, дал, таким образом, довольно вялую, неохотную отмашку, мол: ладно, двигаемся дальше.
Ну, двигаемся, значит – двигаемся.
* * *
Секунды тянулись томительно долго. Сосчитав мысленно до ста и обратно, я, наконец, отважился открыть вначале правый, после – левый глаз. И обнаружил себя сидящим в полном одиночестве, посреди безлюдной просторной площади-воронки, в которую превратилось наше «пристанище», лишившись верха и практически всего своего «биосодержимого». Щупальца убрались, соответственно также, как и их хозяева, теперь плавающие в желатиноподобной среде у дальней границы «сферы». Там, к ней – «сфере», с внешней её стороны, прижался объятый желтоватым искрящимся пламенем шар, похожий на небольшое подостывшее солнце или, скорее, на громадную шаровую молнию.
– Каковы основания того, что вы занимаетесь выловом в данном секторе? – Прозвучало негромкое, но весьма требовательное, властное, начальственное обращение, исходящее, судя по всему, именно из того самого «шара».
– А в чем, собственно, недоразумение? – Задало встречный дерзкий вопрос одно из уже печально знакомых мне существ-чудовищ. – Территория нейтральна, официальных ограничений нет.
– Официальные ограничения есть! – Заявило «солнце». – Разве вам не известно, что данная система пребывает в фазе изучения на предмет развития в ней разумных форм жизни?
Затеявшее спор существо сотряслось всем телом, по-видимому, хохотнув.
– Бросьте. Каждая десятая из открытых систем подвергается такой проверке. И только одна из десяти миллионов получает положительную оценку. Навряд ли…
– К вашему несчастью, здесь мы имеем дело с одним из десяти миллионов случаев! – Оборвал его «шар». – Экспертная комиссия вынесла вердикт. По двадцати одному пункту из ста сорока, избранная вами для отлова форма жизни признана условно разумной. К вам будут применены серьёзные санкции.
Последовала длительная пауза, после чего второе из трёх существ суетливо попыталось оправдаться.
– Мы не виноваты. – Затараторило оно. – У нас есть лицензия. Может какая-то ошибка? Всего-то двадцать один пункт. Причем условно…
– Никаких ошибок. – Безапелляционно отрезал «шар»-каратель. – Тесты верны. Последний спорный пункт о внутривидовых отношениях, бывший спорным, дал, в конце концов, перспективно положительный результат. Цивилизованность выше четвёртой недопустимой отметки. За поспешность, вы, вместе с лицензировавшей вас инстанцией, будете привлечены к ответственности по статье «браконьерство, пункт восемнадцатый» и понесёте заслуженное наказание высшей строгости, предусмотренное законом. Гарантирую, что приложу к этому максимум усилий.