— Не беспокойся, милый. Я задержу здесь Зелдара. Даже если для этого придется продемонстрировать ему танец. Ты знаешь, что я готова сделать для тебя все, что угодно, хотя ты разбиваешь мое сердце. Теперь иди, Казанова!
Придя в отель, я первым делом принял горячий душ, потом оделся и растянулся на постели. Вскоре после этого зазвонил телефон. Я посмотрел на часы, три двадцать пять.
Это была Жуанелла.
— Хелло, Лемми, — сказала она. — Зелдар находится на пути ко мне. Тем не менее, я хочу знать, что ему скажу, когда он придет.
— Скажи ему то, о чем мы условились. Задержи его на полчаса, по крайней мере.
— Какая неприятность! Ведь сейчас почти половина четвертого? А если он попробует меня изнасиловать? Такая неприятность!
— Ну и что ж! — засмеялся я. — Это будет ведь не в первый раз, когда мужчина попробует это сделать с тобой и получит по роже.
Потом я серьезно добавил:
— А что он сказал?
— У него очень недоверчивый голос, — ответила Жуанелла. — Он меня спросил, что же это такое меня волнует. Тогда я сказала ему, что Жералдина исчезла и что это меня страшно беспокоит. Потом я добавила, что подозреваю: она удрала с Назаровым. И мне очень хочется известить об этом полицию. Мне кажется, что это заставило его решиться. Он сразу же сказал мне, что немедленно придет и чтобы я до его прихода ничего не предпринимала.
— Браво, — сказал я. — Теперь тебе остается лишь сыграть сцену отчаяния. С большим количеством рыданий. И стонов. Это ты можешь проделать с легкостью, моя птичка.
— Ах да! — сказала она. — А что ты сделаешь для меня взамен всего этого?
— Я куплю тебе конфет на день твоего рождения, — ответил я.
Она презрительно засмеялась и сказала:
— Не беспокойся, мой милый. Я дождусь того дня, когда ты будешь не настороже. Это наступит. И ты тогда увидишь, что я сделаю.
— А что ты мне сделаешь, моя прелесть? — спросил я. Она мне рассказала со многими подробностями. Но я не могу вам этого повторить.
После того как я пожелал удачи Жуанелле, я повесил трубку и быстро скатился по лестнице. Потом направился к жилищу Зелдара. Прежде чем войти, я обошел его вокруг, чтобы осмотреться. Прекрасное меблированное здание.
Я позвонил, и дверь открылась. Я поднялся по лестнице и осмотрел три двери на этаже. На каждой была прикреплена карточка с фамилией владельца. Я дошел до двери Зелдара, замок был очень простым, и я быстро открыл его.
Войдя в квартиру, я включил свет и закрыл за собой дверь. Потом я обошел квартиру. Никого. Она состояла из четырех комнат, в том числе салона и кабинета.
В кабинете я стал рассматривать бумаги, лежащие на столе. Все они принадлежали фирме «Гледис, Назаров и Хал». Все это казалось совершенно невинным. Фирма, казалось, торговала главным образом виски, в голландском порту, где у них был филиал.
Я пошарил также в других комнатах, но абсолютно ничего не нашел. Заключение: или Зелдар ничего не знает о махинациях Назарова, или это хитрый парень, который знает, где прятать бумаги так, чтобы их не нашли.
Меня привела в ярость моя бесполезная прогулка, потому что у меня было предчувствие, что я что-нибудь найду здесь. Что-то, что направит меня на правильный путь. Это предчувствие оказалось пустышкой.
Когда я достаточно убедился в этом, решил смываться. Я в каждой комнате погасил свет и вошел в прихожую как раз в тот момент, когда раздался звонок.
Я сунул руку в карман пиджака и достал свой автоматический. Но потом сразу же спрятал его, потому что понял, что это не может быть Зелдар.
Во-первых, Жуанелла задержала бы парня на более долгий срок. И во-вторых, он не стал бы звонить. Он вошел бы со своим ключом.
О'кей. Посмотрим.
Я снял пальто и шляпу и повесил их на вешалку. Потом сунул сигарету в клюв, придав себе вид человека, жившего здесь. Потом я открыл дверь.
Высокий тип, с худым лицом стоял у двери. Его губы были искривлены в странной улыбке. И он держал направленный на меня револьвер крупного калибра. Вид у него был решительный.
— Салют, — сказал он. — Отодвинься немного, чтобы я мог войти. Освободи дверь, я ее закрою. И не вздумай заниматься глупостями, не то я тебя спущу.
Я поблагодарил его и сделал то, что он просил. Он закрыл за собой дверь и толкнул меня в салон. Он пошарил у двери и зажег свет.
— Скажи мне, старина, — спросил я. — Ты уверен, что не ошибаешься? Ты думаешь, что здесь квартира, которую ты ищешь? Потому что я тебя еще никогда не видел.
Он бросил шляпу на стул. И по-прежнему держал оружие, направленным на меня.
— Все в порядке, — сказал он. — Меня зовут Лодц, Вили Лодц. И я не тронусь отсюда, пока не повидаю Назарова. И не двинусь отсюда, пока не получу своих сто тысяч долларов. А если я их не получу, у кого-то будет болеть живот. И будет очень болеть. Ты усек?