Выбрать главу

–В нашем полку прибыло!

–Нет, вы чего радуетесь!– возмутилась Белава. – Женщина должна быть женщиной – хранительницей очага, а не воином.

–Матушка, родная, – Озара поднялась, обняла берегиню за плечи.– Мы и будем всегда хранительницами, но пока идёт эта страшная война за выживание планеты, мы – в первую очередь берегини, затем воины, а уж после хранительницы домов.

–А я в восторге от танца Станимиры, – едва слышно сказала Млада. – Сколько грации и красоты!

–Ты не хуже танцуешь! – возразил Терсит, поглядывая на жену с любовью.

–Всё понятно! – подытожила Белава. – Все настроены игриво. Видимо, ещё не осознали значимость подарков Внислава. Может быть, кто-то думает, что получил простую безделушку?

–Мама, успокойся! – Озара погладила берегиню по голове. – Все всё понимают, просто каждый примеряет свои возможности к тому, что показал кристалл. Его свойства раскрываются не сразу, так ведь?!

–Ах вы, шалунишки! – погрозила пальцем глава магической семьи. – Провели старушку!

–Бабуля, ты просто прелесть! – Злата и близнецы-братья затормошили берегиню, облепив со всех сторон, к ним присоединились Даромила, Млада и Терсит. Образовался большой кокон, который закрыли Дан и Златозар. Так обнявшись, стояли они несколько минут, раскрыв сознание. Теперь Белава окончательно успокоилась, увидев, как терпеливо и обстоятельно все члены дружного семейства изучают информацию, предоставленную кристаллами с далёкой планеты.

Глава 4

 

Млада вдохнула свежий воздух полной грудью и подумала:

«Заработалась сегодня. Скорее домой. Терсит уже волнуется, наверное. Пройдусь немного, а то что-то устала».

Девушка прошла по тропинке и свернула на тротуар вдоль ограды парка.

«Любят люди всё огораживать», – усмехнулась борейка недовольно, но тут же увидела горы мусора возле ограды.

«Вот когда они поймут, что вредят сами себе?! Нет, надо скорее к порталу, отдохнуть можно только дома, в Беловодье», – она ускорила шаг по направлению к входу в парк.

Млада уже давно, с самого ученичества, возглавляла студию народного танца в большом городе. Студия пользовалась популярностью, потому что не только возрождала давние традиции народного творчества, но и помогала обрести душевное равновесие, соединяла людей, близких по духу, приобщала к великой тайне единения людей и природы.

Девушка долго собирала круг единомышленников, пока коллектив не стал одним целым. Теперь он мог бы существовать и без её участия.

«Неужели пора перебираться на новое место? Видимо, да. Немало городов в России, где ещё не осознали люди своего величия, не поняли, что именно они должны стать во главе возрождения древних знаний, приобщения к тайнам Вселенной».

Девушка улыбнулась, вспоминая юных танцовщиц.

«Такие милые и забавные, такие наивные, с чистыми помыслами. Как верят каждому моему слову. Приятно работать с такими детьми, ведь именно они – будущее нашей планеты».

Борейка вздохнула:

«Сможем ли мы возродить былое величие борейцев? Поймут ли жители планеты замысел Творца? А верно ли его понимаем мы? Где найти правильное решение? Ничего не понимаю в этом….Только музыка и движение тела способны донести истинные чувства – я в этом уверена. Не могу забыть танец кузины! Это что-то особенное! Как хочется познакомиться! Возможно ли подняться до её уровня? Будет ли она учить или способна только сама танцевать?!»

Неожиданно дорогу преграждали трое молодых людей.

«Этого только не хватало!» – Млада пожалела, что задумалась.

Как она могла быть такой беспечной? Обычно борейцы заранее чувствуют приближение опасности и с помощью внушения гасят агрессивность людей. Она упустила этот момент. Теперь придётся использовать приёмы единоборств. Не хотелось демонстрировать силу или покалечить кого-то.

Млада не сомневалась, что сможет одолеть не только этих качков, но и дюжину других борцов, ведь её учили дед и дядя, которым нет равных не только у людей, но и в среде гиперборейцев.

Парни же вели себя нагло, видя перед собой красивую хрупкую девушку

–Ну что, красавица, позабавимся? – спросил высокий худой мужчина. Его узкое лицо с массивным носом и маленькими глазами выражало высшую степень презрения, большой рот скривился в подобие улыбки.