Такая беготня по свежему морозцу с баулами определённо идёт голове на пользу. Леший успел пропесочить Волка, за рекомендацию идти на эту работу. "Серого пиджака" из их офиса. Колю-гопыря, который на деле оказался не таким уж гопником, а скорее пофигистичным раздолбаем. Себя самого, за неумение говорить "НЕТ" сразу же, при попытке втянуться в блуду.
Ближе к вечеру, когда начало темнеть, Леший и Коля вернулись в "офис". Там Коля сдал Лешего с рук на руки "серому пиджаку", приговаривая всякие дифирамбы в лешевский адрес.
– Алексей показал себя надёжным и ответственным сотрудником, и, я уверен, займёт достойное место среди нашей команды.
– Здорово. Алексей, вы приняты! Поздравляем! Завтра к восьми часам мы вам выдадим "товар", подходите.
– Спасибо, до свидания, – сказал Леший, выходя из подвала, и добавив про себя, – идите вы нахуй с такой работой.
В свете фонаря на лавочке неподалёку сидел тот неформальского вида парень. Увидев закурившего Лешего, он обратился к нему.
– Чувак, извини, сигаретой не угостишь?
– Держи. Коллега? Я тебя с утра видел на собеседовании.
– Не знаю… Не хочу ходить, как сраное ебанько и торговать никому нахуй не нужным барахлом. Ещё и на бабки попасть можно. Типа, матответственность за книги, плюс обязательная сдача выручки… Ну её нахуй, такую работу.
– Я также думаю. Меня Лёхой зовут, – Леший протянул руку незнакомцу.
– А я Паша. Паша-эльф. Я из Кемерово.
– Чёт ты приунывший такой.
– За квартиру платить нечем. Мы на Владимирской флэт снимаем. Скоро новый год, а бабок нет. И работы тоже не предвидится.
– Сколько платите. И сколько вас там живёт? – Леший решил "закинуть удочку" на предмет переселения к ним.
– Нас трое. Каждый платит раз в три месяца за всё. Типа, дежурство. "Складчины" у нас всё равно не получается. Там со мной ещё два томича живут. Ну, иногда ещё бабцо приходит потусоваться. Платим двенашку плюс коммуналку. За двухкомнатную квартиру, почти в центре, это более чем нормально.
– Но сейчас тебе платить нечем.
– Ага. Сейчас нечем.
– А я вообще стопом из Ёбурга приехал сюда, типа, перезимовать.
– Зимовать в Сибири – это пять, – успехнулся Паша.
– А чё, у вас хорошо тут.
– Сам-то где живёшь?
– Да пока тоже на вписке. Вот думаю с кем снимать…
Пока шли, выяснили, что Паша-Эльф был знаком с лешевскими сибиряками: с Ваней, да и с Танюхой-мелкой.
– А Танюха иногда у нас появяется. Приходят с "блондинками" к нам потусоваться.
Под конец, уже возле "барахолки", Паша предложил Лешему посетить их обитель прямо сейчас.
Леший, предварительно отзвонившись Малышу, закупил пива, пельменей и сигарет, и отправился в обществе Паши осматривать его обиталище.
От вокзала надо было нырнуть под пути, чтоб завернуть на тихую улочку за вокзалом, потом прошагать по тропинке до краснокирпичной "свечки", подняться на четвёртый этаж…
– О, менеджер самых активных продаж пришёл, – приветствовали его двое "волосатых", открывшие дверь, – да ещё и привёл кого-то.
– Это Леший, он из Ёбурга. Сегодня он тут вписывается.
– Круто чё-каво. А я Лёха Кот. А там мой брат – Саня, – махнул рукой ещё один "волосатый" из-за компа.
– Вы томичи значит?
– Агась.
– Бывал я у вас, на "Нижнем стриту" в мае прошлого года.
– Круто.
– Мне тогда Муха Кемеровский гитару дал.
– Муха? Так он и ныне там, в "Зелёном домике" вписывался. Дивный такой товарищ…
Персоне Лешего никто из присутствующих даже не удивился. "Ну стопщик, ну вписчик, и что с того? – думал Леший, – Жрать принёс, пиво налил, разговоры интересные – а ощущение уже, будто я тут всегда с ними был. С ними интересней и приятнее, чем с Юки и Малышом. Уж по крайней мере, им я ничем не обязан сейчас"
Леший и вправду чувствовал себя почти "в своей тарелке" с этими ребятами. Вечером, засыпая на "пенке" на полу, он думал о том, как было бы классно к ним переехать.
А на следующий день Леший уже перетаскивал свой большой рюкзак от Малыша на Владимировскую. Малыш и Юки, немного подулись, но скорее уход Лешего для них был облегчением: никто больше не будет вмешиваться в их уютный мирок. По крайней мере, пока не приедет мама Малыша.
На чудесную работу "курьера-консультанта" он, как и Паша-эльф, торжественно забил. Несколько дней он обитал на Владимировской, присматриваясь и общаясь с людьми. Они пили пиво, рассказывали истории, играли в компе. Теперь Леший не стритовал, а решил продолжать поиск работы. Пока же ему рады на этом флэту. Спал он обычно на полу возле батареи, разложив пенку и спальник.