— Когда презервативами его не научила пользоваться.
В ответ на мою реплику Яра недовольно цокает и смотрит на меня с укором.
Это обида рвется из меня наружу. Я никогда так не считал. Всё не так. Начиная с того, что Коля получился, когда мы на оральную контрацепцию перешли. Маша пропустила прием таблеток, а потом побоялась мне рассказать. Думала, я злиться буду и к врачу её потащу. Интересно с кем же она меня сравнила тогда? Нетрудно угадать. Заканчивая тем, что я был рад скорому появлению сына. Мне очень хотелось семью. Свою собственную семью. Только мою. Такую, как у меня была когда-то.
Я был пятилетним пацаном, когда родителей не стало. Мало что помню. Но ощущение теплоты от родных рук незабываемо. После смерти мамы такого уже не было. Дима — мой старший брат, на попечении, которого я остался, никогда не отличался трепетностью особой. Еда, одежда есть, жопа чистая — значит всё нормально. Незадолго до гибели родителей мы с семьей Алеевых познакомились — Саяра и её отец. Именно они помогли пережить трагедию. Брат работал много, и если бы Яра не проводила со мной всё своё свободное время, я бы или из окна выпал, или связался с неприглядной компанией. В голове то пустота была. Всё, что сейчас в ней есть — вложено Ярой.
Едва ли не вздрагиваю, когда ощущаю легкую тяжесть ладоней на своих плечах.
— Скажи мне, как тебе помочь? Хочешь я с Машей поговорю? Хочешь маму её прикроем? — шутливо, но в тоже нежно интересуется Саяра, наклонившись к моему уху. — Ты только попроси. Мы с Димой организуем.
— Саяра Муратовна, Вы о превышении служебных полномочий сейчас? — пугаюсь наигранно.
— Какие полномочия, Серёж? Пузо моё любимое видел? — поглаживает сокровище своё. — Просто я знаю, где искать надо, — лохматит мне волосы на затылке. — Не хочу чтобы тебя какие-то вредные тетки обижали.
Фыркаю недовольно.
— Высокого же ты мнения о моих мужских качествах.
— Ты похудел. Мне тебя надо приезжать и контролировать? Не хочешь готовить — заказывай, — мастерски меняет тему.
— Ты сама как себя чувствуешь? — перевожу взгляд на её руку травмированную.
Она не сразу понимает о чем речь.
— Это что ли? — поднимает предплечье. Второй рукой хлопает меня по спине. — На фоне токсикоза сущие мелочи.
Я продолжаю смотреть на неё, это не ответ, жду полноценного.
— Могло быть и лучше, Серёж. То ещё удовольствие быть метеочувствительной. Но в целом неплохо, — ловко пальчиками в воздухе перебирает, словно на рояле играет. — В назидание тебе, родной — изменять кому-то плохо.
— Не смешная шутка, Яр. Ты козлу этому не изменяла.
Саярка азарт ловит. Смотрит на меня с сомнением пока стол кругом обходит.
— Да что ты говоришь? Что ты ещё знаешь? –усевшись на стул, складывает руки на груди.
— Ой, да Руслан о тебе часами говорить может, чего я только не знаю. А подробности какие, ммм, — томительно тягуче произношу.
Её мужа Руслана дома нет, но мы с ней оба знаем — он скорее глотку кому — либо перегрызет, чем позволит обсуждать излишне жену. Никаких интимных подробностей даже в шутливой форме в отношении Яры при нем произносить нельзя, если жить хочется.
— Он скоро Марьяну привезёт с танцев. Очную ставку вам устрою, — расплывается в улыбке.
— Избавиться от меня решила, — сокрушаюсь с печалью. — Я его не вывезу. Сама говоришь — похудел. А его ты раскормила.
— Он в прекрасной физической форме, ничего лишнего.
Их взаимной заботе можно только позавидовать. Саяра и Руслан прекрасный пример того, как можно жить вместе и не потонуть в бытовухе. Я так не смог, даже близко. Первое время было все классно. Пока сын был маленький совсем, мы много времени вместе проводили. Я старался не упускать ценных моментов. Но со временем… стало хотеться новых ярких эмоций. Мог позволить себе в бар к друзьям заехать. На хоккей или баскет сходить. На объекте задержаться. Естественно без жены. Маше, занятой ребенком, некогда было ерундой заниматься. Жалею ли я сейчас? Очень. Безмерно.
— Яр, ты случайно не помнишь, у меня в детстве была подружка лысая?
— Какая? — от неожиданности Яра смешком давится. Откашлявшись, смотрит на меня непонимающе.