— Ну почему же не стоит, — проговорил Алексей тихо, — нам с ним в одной кабине сидеть, одну баранку крутить…
— Ну, да ладно, — согласился Щербинин. — Только учти, что разговор этот не к тому ведется, чтобы парня в чем-то очернить. Кто знает, может, и не «черный» он вовсе… Я повторяю, хочу в нем разобраться, понимаешь, во всем… Подмогнешь — хорошо, нет — еще лучше, — пошутил Щербинин. — Слушай дальше… Вижу — сторонятся люди его, даже в курилке. Обыкновенное дело, думаю, завидки берут — его-то заработок повыше моего, командирского. У лодыря всегда причина найдется для зависти. Рекомендуем как-то нашего передовика в местком избрать. Начинаем голосовать. «Кто за»? Никто. «Кто против?» Ни одной руки. Понимаешь, все воздержались. А худо это, когда за тебя ни за, ни против, когда воздерживаются люди… Вроде как не живой ты человек, а пустое место, коль не хватает силы товарищам твоим ни поцеловать тебя, ни морду тебе набить… Разговариваю после с Борисом, да, Борисом его зовут, он плечами пожимает, не знаю, мол, отчего такое положение, да и не очень-де интересуюсь мнением других, не выбрали в местком, ну и ладно — с возу баба, кобыле легче. И мысль мою вроде подтвердил: «От зависти! Удачникам всегда завидуют». На второй раз выдвигаем кандидатуру Бориса, в смысле — на второй год. Опять все воздержались. «Почему, — задаю вопрос, — товарищи, так голосуете? Может кто-нибудь слово сказать?» Поднялся старый наш водитель, Ефим Колесов: «Этому шоферу я могу сказать. И одно, большего он не заробил — себялюб!» Такие вот пироги. Пояснил мне позже Ефим Колесов: «Вы, Николай Ермилович, в ограде Бориса видите: складный, ладный он. А посмотрите в дороге; он ведь не единожды никому не подмогнул!»
Щербинин замолчал. Сразу ощутимей стала темнота.
— Ну и что дальше? — спросил Алексей.
— А так оно и было, лично удостоверился.
— Ну и что?
— Чего ты расштокался, я историю тебе о человеке рассказал, а ты сам кумекай. Не раз я о фронтовых дорогах с Борисом заводил разговор. Будто от стенки горох, ответ один: «Там была война, а здесь — другое дело: от каждого по способностям, каждому — по табельной книге». Так-то! Дорога шоферская под колесами хоть и кажется одинаковой, но разная она, ой как разнится!
— А как же с Борисом?
— Чего — как? Работает он. В конце недели за сверхплановый пробег резины награждать будем. По экономии бензина опять же на первом месте, так что у него есть чему поучиться. Фамилия его — Барабин, Борис Барабин. Принимаешь предложение?