— Фролка, первую неделю в нашей бригаде, — кивнул на чернявого парня, всё ещё лежащего без сознания.
— Мы даже не думали, что он такой варнак окажется. Ты уж не держи зла.
— Передавай привет Федьше Собинову, — назвал коммуниста Николая Комарова его старой фамилией.
— Серафиме Никитичне наше почтение, — торопливо встрял в разговор молчаливый парень, первым ударивший Фролку моей сумкой.
— Все в народе знают её заботу о нуждающихся, — заострил внимание на её меценатской деятельности, как бы не заметив моего недавнего намёка на жуткую месть, со стороны преступного мира Петрограда.
— Вот как страх пробуждает в человеке умственные способности! — сдержал смех, размышляя про себя.
— «Люди всегда дурны, пока их не принудит к добру необходимость». Никколо Макиавелли (1469–1527).
Обратную дорогу, Людмила сама управляла рулём велосипеда и старательно крутила педали. Я, скромно сидел на раме, изредка подсказывая ей, где притормозить или прибавить скорости. Края штанин она плотно связала и засунула в высокие гетры. Отбитая печень, почти, не беспокоила девушку, как она уверяла. Занятая непривычной ездой, спутница молчала, не касаясь темы недавно случившегося. Отчётливо ощущал её растерянность от пережитого в парке. Она не знала, что думать.
— Выходит, не всё так невинно и просто в странном содружестве, зауральского вундеркинда и столичной меценатки? — прокручивала она один и тот же вопрос, на разные лады.
Мне очень любопытно, как отреагируют товарищи из ЦК партии, когда Люда перескажет им этот случай. Лишь бы революционеры не побоялись связываться с Серафимой, а вместе с ней и со мною.
Глава 15. Чтобы изменить людей, их надо любить
Окончание нашей велосипедной прогулки получилось скомканным. При прощании, отчётливо ощущал в девушке неловкость и даже тревогу. Людмила не знала, что теперь думать обо мне. Слишком холодным и уверенным тоном заговорил я с опасными мужиками. Такого невозможно ожидать от простого деревенского мальчишки, обладай он, какими угодно, способностями. Как нейро — психолог, пусть даже начинающий, она отлично поняла, что сыграть подобную самоуверенность почти невозможно. Особенно в тех условиях надвигающейся драки, когда нешуточно блестело лезвие ножа, а мысли и чувства путались, подстёгнутые адреналином.
— Очень жаль, если из-за подобной нелепой случайности, провалится моё внедрение в ряды РСДРП, — слегка огорчённо думаю, расставаясь с будущим комиссаром. Будь что будет, но удалять события из памяти Людмилы я не буду. Она явно относится ко мне с добротой. Так как я давно это чувствовал, попробую довериться её женской симпатии. Будь что будет, предусмотреть абсолютно всё физически невозможно. Рано или поздно, придётся возвращаться в реальный мир, где не всё случается как я пожелаю, по первому движению. Ну не получится в этот раз, с питерскими революционерами, найду других и всё равно пролезу в партию.
Сейчас, самым важным событием стоит моя женитьба на уроженке Австралии. Хотя я уже считаюсь гражданином этой страны, как и всех, наиболее влиятельных государств мира, именно в Австралии мне требуется более глубокое внедрение. Очень серьёзные планы я имею на территорию этого, полупустынного континента. В Африке, предполагаю захватить не меньше земли, но в условиях тамошнего беззакония, проблем на чёрном континенте не предвидится. Предстоящая свадьба на Анжеле, важна не сама по себе, а теми преимуществами, которые получу, влившись в известную семью политиков и финансистов. Пусть они, не очень известны сейчас, но с моей помощью, непременно добьюсь увеличения их влияния, а вместе с этим и своей значимости.
Два дня до свадьбы, необходимо провести в Петрограде, чтобы держать на постоянном контроле, колеблющееся на тонкой ниточке, будущее членство в партии коммунистов. Прежде всего, надо попытаться заинтересовать революционеров дополнительными плюсами, в случае моего вступления в РСДРП. Давно дразню их деньгами, и всё никак не могу отдать. Хотя сейчас вечер, и по старому поверию, деньги должны спать, решаю найти Молотова или Комарова, чтобы избавиться от солидной суммы в моём рюкзаке. Не будь их сегодня со мною на велосипедной прогулке, конфликт с путиловцами, мог кончиться более мирно. Воистину, — деньги зло! А большие деньги, — большое зло.