— Немного поспим в полдень. Сегодня ведь очень рано встали. Как отдохнём, полетим обратно в город.
— Как раз сегодня, наши товарищи, должны дать мне задание, по перевозке подпольных листовок, — напомнил ей вчерашний разговор на явочной квартире.
— Всё зависит от того, куда нужно лететь, — сделав озабоченное лицо, многозначительно склонил голову на бок.
— В любом случае, перелёт требует долгой подготовки, даже если он сам, будет занимать менее суток. Доверявшая мне соратница, покорно и доброжелательно, улыбнулась.
Мы пообедали варёными яйцами с зелёным луком, салом и парным молоком. Хлеб мы привезли с собою. Хату, где мы перекусили простой крестьянской пищей, нам посоветовал пожилой охранник, ручавшийся за хорошую встречу.
— Народ местный шибко радый, что можно свои товары на месте продавать, не возить их в город к перекупщикам, — разъяснил причины благожелательности местных жителей к беспокойному соседству с аэродромом.
Закатив наш фанерный, импортный «истребитель» в ангар, спокойно уснули в копне сена, которое тут же прятали от дождей, сторожа, нанятые из местных жителей. Отдыхали уже без всякого стеснения, обнявшись как старые любовники. Иначе, просто было трудно устроиться, в той яме, в сене, которую продавили наши тела. Запах подвяленного разнотравья, без всякого вина кружил голову нам обоим. Отчётливо ощущал в подруге, желание более близких отношений. Романтизм ситуации, неумолимо подталкивал к высшей стадии дружбы, — к любви. Как бы то ни было, решил не портить чистую дружбу материальными проявлениями сексуального желания. Решил сохранить это невинное чувство в подруге. Долгое ожидание, слаще, чем скорый подарок. Пусть, все, три последующих года, она вспоминает меня, как счастливую сказку её молодости. Тем самым, увереннее подготовлю нашу будущую встречу и вербовку в свои сознательные помощницы. Уже имею опыт минимального вмешательства в психику спасённых от гибели людей. Такие личности, всегда более творчески импровизируют, решая порученные им задания. Как бы то ни было, рано или поздно, мне всё равно придётся отказываться от практики жёсткого программирования поведения спасаемых от смерти личностей. Я бы и сейчас, не калечил психику спасённых мною солдат, в огромных количествах, поступающих в тайные территории. К сожалению, мои личные цели, форсированного построения, собственной, мощной научной базы, не позволяют благодушествовать.
Размышляя подобным образом, провалялся с Людмилой, в копне душистого сена, более трёх часов. В отличие от прошлых вариантов симуляции сна, даже не переносил своё сознание в чужие тела своих «зомби — помощников». Меня вполне устраивала приятная атмосфера летней деревенской сиесты. С удовольствием отдохнул от вечной суеты и спешки.
Дождался, когда Людмила сама «разбудила» меня.
— Вставай, Василёк, — осторожно и нежно погладила по моим соломенным, выгоревшим на солнце, волосам.
— Ты собирался ехать в Петроград сегодня, — осторожно напомнила, не надеясь, что услышу и пойму её со сна.
Через — чур бодро, для только что проснувшегося, я уверенно поправил подругу, как бы случайно, прижавшуюся ко мне всем телом.
— Не ехать, а лететь надо, — намеренно смешно промаргивался, изображая бодрого и деловитого человека. Она со смехом чмокнула меня в нос.
— Ух ты, какой ты у меня смышлёный да скорый выискался! — и радостно, раскатилась звонким заливистым смехом. Помимо её желания, смех был призывным и чувственным. Даже сама поняла и почувствовала это. Не даром она училась на психо — неврологическом факультете Петербургского университета, вернее, пока ещё учится на четвёртом курсе.
Из любопытства, заглянул в её сознание.
— Слишком сложная и «бурная каша», варится в её голове. Понимает, что нравится мне, чувствует, что очарована мною, но не решается ничего предпринять, так как не ощущает за собой морального права развратить молоденького мальчика, пусть даже и скороспелого вундеркинда. Тут же, смеётся сама над собой, но, тем не менее, не решается предпринять решительных действий.
— Да уж, если бы захотел, наверняка бы её совратил, — думаю в который раз, тем не менее, не решаясь приступить к активным действиям.
— Собственно почему, я не могу попробовать пережить сексуальное приключение, а возвратившись в исходную точку, отменить случившееся? Недолго думая, создаю такую отметку.
— Если раньше, создавал точку отката из опасения провалиться в своих намерениях, то сейчас, — совершенно наоборот, — улыбаюсь открыто, уже не сдерживая себя. Имею чётко оформившееся желание, но заранее желаю стереть его из памяти партнёрши.