Теперь, все свои усилия, Николай направил на ударившего его мужика. Тем более, он уже пытался привстать, замечая, как неудачно складываются события для его напарника. Даже лёжа на земле, вооружённый большим палашом, злодей, представлял серьёзную угрозу.
Николай, быстро сообразил снять с себя длинный плащ, которым он скрывал себя от опознания в Петрограде. Накрыл им человека с ножом и принялся пинать, стараясь попасть по вооруженной руке. Видимо вспомнил, как ловко мне удалось выбить нож у второго преступника.
В темноте ночи, на фоне тёмной земли, он с трудом мог различить даже крупные детали, а тем более руку. Точного удара не получалось. Оставив вооружённого обидчика, Николя, кинулся к лежащему, со свёрнутой шеей. Не обращая внимания на вопли раненого, схватил его за руку и швырнул на того, кто оборонялся ножом. Что там произошло, не видел никто. Судя по изменившемуся крику, он попал на пику своего напарника. Тут, заорал и вооружённый налётчик, только что ранивший своего коллегу. Судя по смыслу криков, это был его сын.
Пока я наблюдал эту любопытную борьбу, стоящий на стрёме налётчик, благоразумно сбежал. Собственно, этого я и ожидал, так уж жалобно кричали отец с сыном. Никакой одиночка, если он не вооружён огнестрельным оружием, не рискнёт приблизиться к нам. Как ни говори, мы уработали двоих мужиков с ножами.
Совершенно неожиданно, увидел бегущую к нам, знакомую нищенку. Она бежала молча, прямо на Николая. Увлечённая своей целью, он не заметила меня, по прежнему прячущегося в тени. Мне оставалось только подставить ножку, чтобы она растянулась на мостовой и пролетела прямо под ноги Николаю. Из её рук выпал нож, не меньших размеров, чем виденные нами у бандитов.
— Перед вашим Величеством, все в Лондоне падают ниц и слагают своё оружие, — пошутил я тотчас, как только Николай остановил крутящееся оружие ногой. Он был явно растерян. С женщинами он ещё не привык воевать. Я бросился на упавшую нищенку и заломил ей руки за спину.
— Вы работаете вместе? — переходя на английский язык, спросил её грозно.
— Мы сдадим всех в полицию, — посмотрел на Николая, как бы спрашивая у него совета.
На самом деле, тратить время на оформление всех документов я и не собирался.
Как я и ожидал, дама, лежащая подо мною, взмолилась со слезами на глазах.
— Господа, пожалейте семью бедных тружеников. Отца выгнали с шахты, а брата посылают на фронт.
Как оказалось, вся семья была в сборе. Отец, лежал со сбитой мною коленной чашечкой. Сын, пришиблен Николаем и подрезан родным батей, разумеется случайно. Именно из за криков знакомых голосов, сестра и дочь, работавшая в банде наводчицей, прибежала на поле сражения, пытаясь спасти родственников. Третий бандит, тоже не чужой, хотя и оставил своих в трудный момент.
— Это шестнадцатилетний племянник Бэзил, недавно приехавший из деревни, — со слезами на глазах сообщила девица.
Только сейчас, рассмотрев лучше бывшую нищенку, оценили её по достоинству.
— Такая симпатичная молодая девушка, а участвует в грязном деле, — нравоучительно воспитывал бандитку Николай.
Я чуть не рассмеялся его наивности и незнанию реальной жизни. Девица моментально уловила слабое звено в нашей компании. Собственно, ничего другого она и не видела, кроме растерянного усатого лица Николая второго, так похожего на короля Великобритании, Георга пятого. Я, по прежнему, сжимал её руки за спиной, позволив ей подняться на колени.
— Меня зовут Эмма, — со слезами на глазах, торопливо сознавалась она.
— Это мой отец, — Дилан, и брат Джеймс.
— Мы первый раз вышли на дело, так как нечего стало есть, повесила, как бы от стыда голову, совсем повиснув у меня на руках.
Я быстро оторвал длинный край её юбки и тут же связал им руки Эмме.
— Теперь можешь вставать, милая, — ласково предложил ей.
— А ножичек твой, мы у тебя конфискуем. Для первого раза, вы неплохо вооружены оказались.
— Да скажи своему отцу, чтобы свой тесак отбросил подальше, где светлее, — показал я место под фонарём, где уже подобрал её нож.
Девица злобно взглянула на меня, но ничего не сказала. Теперь, мы перекрыли единственный выход из небольшого тупика, где пытались встать на ноги отец и брат Эммы.
— Может, быстрой уйдём, в то место, куда собирались? — тихо предложил на русском, Николай.
Я только рассмеялся.
— Не думаю, что эти люмпен — пролетарии понимают на нашем языке, — со смехом ответил собеседнику.