— Как раз, когда мы встретились, — вежливо поклонился дяде Славе Молотову.
— Мы с моими опекуншами, журналистками из Швейцарии, ехали в Петроград, чтобы на поезде, через Финляндию, Швецию и Германию добраться в Цюрих. На последних словах, Молотов вздрогнул и уставился на меня недоверчиво.
— Прямо через Германию, с которой мы воюем, тебя пропустили в нейтральную Швейцарию? — недоверчиво переспросил дядя Слава.
— Если тебя показывали на нескольких концертах, с тобой, может быть, познакомились и другие русские, живущие в Цюрихе? — задумчиво и от того медленно, спросил беглый революционер.
— Да, конечно, — просто и без затей признался, как и положено ребёнку.
— Сначала познакомился с тётей Надей, потом с её мужем дядей Володей. Несколько раз прибегал к ним в гости, встретился там с Инессой Арманд и Розой Люксембург.
Лицо Молотова заметно вытянулось, в крайней степени удивления. Нервно дёрнув кадыком, видимо смочив пересохшее горло, полушёпотом констатировал.
— Что — то у тебя всё слишком удачно, получается, — покрутил в воздухе пальцами правой руки, как если бы заворачивал лампочку.
— В одну поезду со столькими товарищами нашими повстречался. Перевёл взгляд на Комарова.
— А после приезда, сразу, встречаешься с другими партийцами, — недоверчиво поджал губы, слегка дёрнув подбородком.
Дядя Коля Комаров неожиданно заступился за меня.
— Да если бы он на службе был, ты бы ещё в вагоне обратно на каторгу загремел, — высказал мысль, пришедшую в голову и Молотову. Он понимал, что набор моих знакомств был настолько значителен, что не мог быть подстроенным заранее. Слишком уж большие подозрения вызывал бы я, если бы был простым провокатором. Только твёрдо уверившись в моей безопасности, продолжил мой допрос в другом направлении.
— Так в чём же ты таланты свои показываешь, если тебя как чудо-ребёнка, аж из-за Урала, в Цюрих увезли? Если иностранцы в тебя вложили деньги, они даром ничего не делают.
Комаров, как знавший меня чуть больше, поторопился похвастаться пониманием сути дела.
— Ты бы Слава слышал, как он поёт, играет на гитаре и скрипке…, - поднял большой палец и слегка улыбнулся.
— Для его возраста, — просто гений!
— Нам с тобой никогда не научиться, тому, что этот малец, на сцене вытворяет.
— Сам — то я не видел, — тут же оговорился дядя Коля.
— Сын с племяшом рассказывали, как он выступал в ресторане богатейшей столичной меценатки. Разговор, раньше чем я рассчитывал, подошёл к нужной мне теме. Поторопился вставить слово.
— Да не такая уж она и богатая, — пренебрежительно махнул рукой.
— Сама она из бедной семьи, вот и хочет помогать обездоленным детям.
Мужики переглянулись и поближе наклонились ко мне.
— Так ты с ней тоже знаком? — с придыханием проговорил дядя Слава Молотов, будущий народный комиссар иностранных дел.
— Мне многие помогают, — нарочито равнодушно встряхнул мешком с деньгами.
— Дома, самые большие богатеи нашего города, в товарищество приняли. Петроградские дворяне на дорогу денег дали. Швейцарские буржуи самолёт немецкий подарили.
— Самолёт, правда, не новый, — чуть развёл руки, ладонями вверх.
— Но и зато спасибо! Кто бы мне такую редкость у нас позволил купить, а тем более подарил.
— Как же германский самолёт у нас пропустили, ведь мы с ними воюем? — наивно поинтересовался путиловский рабочий. Молодой и более хитрый Молотов, только усмехнулся.
— Будут деньги, — можно любой товар провести через границу, — со знанием дела добавил.
— Тем более, наш чудо-ребёнок, наверняка что-то придумал, чтобы за него заплатили другие. Я самодовольно хихикнул.
— Зачем платить, если можно, запросто, самому прилететь на своём самолёте прямо домой, — рассмеялся ещё раз.
Товарищи революционеры переглянулись снова. Самый молодой, не сдержался первым.
— Значит ты можешь летать в любой город России и даже заграницу?
— А сколько груза вмещается в самолёт? — думая о чём — то своём, зачастил он с вопросами.
— Где у тебя швейцарский подарок хранится? Он хоть без немецкого креста на хвосте?
— Стоп! — прервал расспросы Молотова дядя Коля.
— Парнишка с Серафимой знаком, — многозначительно приподнял заскорузлый указательный палец.