С досады Илона чуть не разбила бокал, сжав его в руке. На самом деле, это начинало пугать: уже давно ей не приходилось расписываться в том, что она не понимает действий оппонента! Если бы она не принялась следить за мальчонкой, то через три дня его хитрый запрос ушёл бы в небытие. Это тебе не волка ловить по перелескам. Эта дичь куда хитрее, несмотря на нежный возраст. Если бы не запущенная вовремя «Нора», парень ушёл бы в глубины Империи, как налим!
Илона бессильно созерцала процесс переноса известного из разных статей. Что можно искать в старых отчётах? Ответа не было. Но она умела ждать в засаде и просидела, не отрываясь от блюдца, почти час. Вот оно! Мальчик решил перенести что-то из собственных дел на бумагу. Ничего себе: пятнадцать страниц! Вот это уже можно подцепить.
Но ищейке не повезло: вышло лишь шесть страниц, а всё прочее хитрый мальчишка немедленно удалил из собственных дел. Лиловая вгрызлась в текст: если б не её внимательность, она не получила бы и этого. Так, на всех страницах — выдержки из сообщений об операциях. Но не из всех подряд: датировано не ранее чем 1967 годом. Почему именно эти? Их что-то объединяет. Что случилось в 1967 году? Да ничего не случилось! Обычная жизнь, только вошедшая в колею после Потопа. И это явно первые страницы, обрывающиеся на сообщении от 1982 года: «Полиция Парижа выражает благодарность Средневолжской провинции Ордена за помощь в ликвидации «Группы Лешего». Простых граждан Парижа особенно радует, что конфискованные товары будут проданы с аукциона, а прибыль от продажи руководство Средневолжской провинции Ордена великодушно передало в пользу детского дома «Ласточка», который…»
Илона вспомнила тот захват. Двое тяжелораненых, убит вор, кажется, девятого уровня. Маг с учеником при поддержке двух лекарей среднего уровня, разведчика и двоих бойцов удерживались в своей цитадели три дня, пока в провинцию не подоспела помощь из Центра. Позорная операция, на самом деле. И разведка была проведена отвратительно: никто даже не предполагал, что обычная продуктовая база окажется минным полем, пока машина связи не взлетела на воздух… по частям. И провинциал пыжился до последнего, делая хорошую мину при поганейшей игре. А через три месяца один за другим умерли все четыре осведомителя, сдавшие Алексея-Лешего.
Ладно, ещё не всё потеряно. Парень набрал бумажек, значит, опять залезет в свою нору — разбираться да выискивать то, что недораскопал, сидя в «белочке». У неё есть время понять, что именно он нашёл. А пока надо взять нору под пристальное наблюдение! Следить за каждым чихом малыша! И держать местных, чтобы не наломали дров… Этого умника надо немедленно хватать на загривок и тащить в Центр. Парижане недостойны такого подарка.
Всё надо делать стремительно. Даже трудно представить, какая виверна вырастет из этого воробушка, если оставить его в покое!
Илона вскочила, но тут же снова кинулась к блюдцу. Набрала немедленный вызов всех четверых болванов, вздумавших устроить себе увольнительную в командировке.
Когда через пятнадцать минут ни один не ответил, звереющая от злости лекарша сбежала по лестнице на третий этаж гостиницы, где разместился навязанный ей квартет. Вломившись в оба нумера, она не обнаружила никого.
Оставался последний истерический шаг: она сбежала вниз, к портье и позвонила в местное отделение Ордена. Попалась какая-то пожилая полусонная дама, которая, впрочем, тут же пришла в чувство, узнав, с кем говорит — и даже будто ожидала этого звонка! Но о четверых обалдуях ничего не слыхала, в офисе они не докладывались и даже не появлялись. Оставив недвусмысленное приказание «ничего не предпринимать!», Илона рванула в свой нумер.
В тихой ярости она спустила заклинание связи. Сараф отозвался. С лицом, перекошенным кровожадной улыбкой, Лиловая сказала:
— У меня великолепные новости, мой друг! Но прежде чем я что-нибудь вам сообщу, позволю себе потребовать разрешение на какое-нибудь особо изуверское убийство четверых распоясавшихся лоботрясов из навязанной вами свиты.
24. Назад
Виктор вышел из белочки с распечаткой в руке. И зачем он всё это распечатал? Разве только посмотрел, как работает компактный принтер фирмы с безликим названием «Электроприбор». Главное он уже понял: управление предприятиями, возможность жёсткого реагирования в критических ситуациях, подставные лица, склонность к скрытности — всё вместе даёт так называемую организованную преступность. Или мафию, по-простому. Причём, навряд ли простых «бандитов, доящих трусливых лавочников».