Вопросы посыпались один за другим:
— Ты её любишь?
— Конечно! Я люблю её! Что за нелепый вопрос?!
— А Диану?
— Нет, мы только вчера познакомились.
— А если бы вы были знакомы дольше?
— Ничего бы не изменилось.
— Ты бы не стала любить её сильнее?
— Нет.
— Почему? Ты же не контролируешь свои чувства.
— Я люблю Катю и только её.
— Но ведь Диана тебе понравилась.
— И что?
— Тебе было уютно в гостях у Дианы?
— Да. Там чисто и мило, квартира большая.
— Ты бы хотела жить в такой же квартире?
— Да, наверное.
— Вместе с Дианой.
— Да… — я осеклась и быстро поправилась. — Нет! С Катей!
— Тебе не нравится жить с Катей?
— Нравится!
— Но ты же сама сказала, что в гостях у Дианы тебе понравилось больше.
Я заставила себя мысленно досчитать до пяти и только после этого ответила:
— Да. Но люблю я Катю и хочу жить только с ней.
— Так что же всё-таки произошло? Если тебе не в чем себя винить, то почему мы здесь?
— Я… мы… когда я собиралась уходить, то чуть не забыла сумку. Диана подала мне её и, когда я потянулась за ней, то случайно…
— Продолжай.
— Случайно коснулась её руки. И снова застыла, как тогда на улице.
— Дальше?
Слова приходилось буквально выталкивать из себя:
— А дальше сумка упала на пол прихожей, я крепче сжала её ладонь. Диана притянула меня к себе, и мы поцеловались.
— И всё?
— Нет. Я потеряла контроль. Не думала ни о чём, не вспоминала Катю. Даже не помнила своего имени. Как будто сошла с ума, обезумела, она целовала мои щёки, губы, шею, руки, обнимала…
— Дальше поцелуев дело зашло? — сухо уточнила мой адвокат, когда я осмелилась поднять на неё взгляд.
Я поняла, что улыбаюсь.
— Нет. Я остановилась и убежала.
Молчание повисло в воздухе. Адвокат сидела с несколько удивленным лицом и смотрела на меня непонимающим взглядом:
— И всё, что ли?
— Не поняла?
— То есть весь этот цирк из-за пары поцелуйчиков? — Адвокат закрыла папку для бумаг и громко сказала:
— Всё. Приплыли.
Железные стены камеры разрушились, и я вновь оказалась в зале суда.
— Внимание! — Всё тот же судья кричал и призывал к порядку. — Зачитайте подсудимой приговор.
Совесть прошла мимо меня, подмигнула и, открыв папку, начала читать:
— Наталья Игоревна обвинялась в измене. Следствию удалость обнаружить ряд улик, указывающих на то, что подсудимая не виновна. Тем не менее, на неё налагается месяц исправительных работ по дому, а именно ежедневный вынос мусора, стирка белья, протирание пыли с полок и так далее, и тому подобное…
«И так далее, и тому подобное…» — отголоски мыслей до сих пор звучали в голове.
На душе было тяжело, на плечи по-прежнему что-то давило, мешая сидеть прямо, не сутулясь.
Я вскочила со стула и побежала в комнату.
— Кать! Катя! Проснись! — трясу её за плечи, понимаю, что слёзы текут по щекам. — Катя! Солнышко! Любимая!
— М? Что? — сонно и нехотя она открыла глаза. — Чего орёшь среди ночи?
Я закрывала и открывала рот, пытаясь хоть что-то сказать.
— Наташа? Ты чего? Что случилось?
— Я… я… вчера целовалась… — тут же вспомнился зал суда, Совесть, которая укоризненно на меня смотрела, наглый Адвокат… — я вчера целовалась с другой девушкой.
Катя ошарашено на меня посмотрела:
— Чё?
— Я из магазина шла, а она прикурить попросила, я ей кефир отдала. Потом меня на чай позвали. В прихожей мы поцеловались, а потом я остановилась и убежала. Я к ней больше не подойду! Как увижу, так сразу убегу подальше! Я мусор буду выносить. Я посуду мыть буду! Я книжный шкаф разберу. А хочешь, я отпуск возьму, и мы куда-нибудь съездим?
— Стоп. Тихо. Причём тут мусор? У меня голова раскалывается.
Я сидела, не шевелясь.
— Расскажи-ка всё по порядку и помедленней…
Шумно вздохнув, начала рассказ сначала:
— Вчера вечером я пошла выносить мусор…
Дожили…
Автор: Сулмор
Бета: Dark_Flame
Пара: (Оригинальные истории)
Рейтинг: PG-13
Жанр: Драббл, Юмор
Размер: min
Описание:
Плохие привычки — они… плохие и прилипчивые:)
Дисклаймер:
Все права на персонажей принадлежат автору.
Прислушиваюсь к ровному глубокому дыханию — вроде спит. Медленно пытаюсь высвободить свою руку, не потревожив при этом её. Замираю, когда она начинает ворочаться во сне.
Освободившись, заботливо поправляю одеяло, иду в другую комнату, стараясь ступать осторожно и мягко. В ванной, не включая свет, шарю рукой за корзиной с бельём. Наконец, удаётся отодвинуть плитку и достать заначку: пачку сигарет и спички. Беру одну сигарету, с сожалением замечая, что осталось меньше половины.
Закрываю за собой дверь на кухню, а окно, наоборот, раскрываю как можно шире. Высовываюсь почти наполовину, опасно свесившись вниз. Чиркаю спичкой, но ветер тут же гасит её. Ещё одна попытка и… Ура! Я курю.
Дым всё норовит залететь на кухню, но я слежу за этим. А ещё постоянно прислушиваюсь: не идёт ли она? Глубоко затягиваюсь и улыбаюсь: голова так приятно кружится, вкус ментола во рту, руки немного дрожат, а сердце бьётся сильно-сильно. Первая сигарета за три дня.
Я обещала бросить. Смотрю на сигарету в своей руке:
«Может, взять и бросить? — Мелькает мысль. Затягиваюсь. — Вот прямо сейчас. Вот сейчас. Сейчас!»
В комнате открылась дверь. Рука дёргается и выбрасывает сигарету куда подальше. В панике хватаю со стола мандарин, закрываю окно, сажусь за стол и ем мандарин: с кожурой или без, мне сейчас всё равно.
— Ты чего не спишь? — сонная, она открывает дверь на кухню.
Сердце бьётся как сумасшедшее:
— Ман… рин, — прочистила горло. — Мандарин ем.
Она садится рядом и протягивает руку, я заботливо отдаю ей последнюю дольку мандарина и принимаюсь за чистку следующего.
— Опять дымом пахнет, — сообщает мне. А я сижу, как испуганный заяц, стараясь не дрожать.
— Смог, — отвечаю.
— Ты окно открывала?
— Да, — киваю. — Хотелось воздухом подышать.
Она ухмыляется.
— Как же хорошо, что ты бросила курить, — сообщает мне с ласковой улыбкой. Я краснею со стыда, сдавленно отвечаю:
— Угу…
— И не травишь себя больше этой гадостью.
— Угу…
— И в квартире больше бычками не пахнет.
— Угу…
— И целоваться с тобой приятнее, — продолжает с той же интонацией. — И спички ты на окне забыла.
— Угу…
Замираю с очищенным мандарином в руках. Она молчит. Я совершено по-детски протягиваю ей мандаринку:
— Хочешь?
— Нет, милая, — зло так, как будто сейчас кричать будет. — Не хочу.
— Я…
— Ты?
— Ну… — хочу оправдаться, но слова застревают в горле.
— Я пошла спать, — она встаёт и в двери оглядывается, чтобы равнодушно уронить:
— Запомни, что когда куришь, то дым с кухни летит в комнату.
— Угу, — говорю в пустоту. Ем мандаринку. Ничего не слышу и не вижу, мыслей нет, а на душе тошно.
Минут через десять иду в ванную, отодвигаю плитку, достаю пачку и обнаруживаю там записку:
«Куришь ты, курю и я. Ты не куришь, и я не курю».
Считаю сигареты, понимая, что одной не хватает.
— Чёрт!
Врываюсь в комнату и бегу к балкону, перепрыгивая через разложенный диван.
— Ты чего! Совсем с ума сошла?! — Выдёргиваю из её рта сигарету и выкидываю в окно.