— Рит, я с ума схожу, — на секунду задумалась, нервно улыбнулась, — нет, точнее, уже сошла. Но у меня просьба.
— Какая? — несколько обеспокоено спросила подруга, по-прежнему меня не отпуская.
— Давай сходим к тому месту, откуда я упала. Сейчас.
— Ну-у, хорошо, — неохотно она всё же уступила.
Спустя полчаса мы стояли на набережной, наблюдая за тем, как Нева спокойно плещется о камни. Рита закурила.
— Ну и что дальше? — излишне резко спросила, затянувшись никотиновым дымом.
— Не знаю, — мне просто хотелось убедиться, что это лишь сон, видение.
Я осторожно спустилась по ступенькам, села там, где якобы недавно видела девушку. Ничего. Камни как камни. Ни фенек, ни каких-либо других признаков того, что она тут снова была. Пасмурное небо с редкими пробивающимися сквозь тучи лучами солнца, лёгкий ветер, чайки, кружащие над рекой словно хищники.
— Пойдём отсюда, — несколько разочарованно, но всё-таки со странным облегчением сказала я, поворачиваясь к Рите. — Ты чего там увидела?
Она поднялась с корточек, держа в одной руке зажженную сигарету, а в другой порванную феньку:
— Да кто-то, видно, уронил.
«Вот блин!» — подумала я.
Ночь пугала тишиной. Жёлтый, неземной свет луны тревожил плотные тени в углах комнаты, тем самым давая волю не на шутку разыгравшемуся воображению. Всё чудилось мне, что кто-то незримый наблюдает, находится рядом, всё казалось, будто бы я не одна.
Устав раз за разом объяснять своему сердцу, что вещи, кучей сваленные на стуле, вовсе не являются чем-то живым и опасным, я усилием воли закрыла глаза. Расслабилась, начала скрупулезно перебирать все приятные, да и просто хорошие моменты, которые имела когда-то счастье пережить.
Капля за каплей животный страх испарялся, разум и чувства вновь пришли в состояние хрупкого равновесия.
Незаметно я всё-таки уснула. Но понимала, что сплю. Что всего-навсего вижу очередной сон.
Впрочем, должна признать, что не совсем обычный сон.
Я оказалась в чужой комнатушке, по-моему, квартиры такого типа назывались хрущёвками — узкие коридоры, маленькие комнаты. Хотя моя комната в общежитии тоже не намного больше той, да и живу я не одна.
Краем глаза приметила письменный стол, заваленный белыми альбомными листами, некоторые из них упали и на пол. Подоконник оказался заставленным множеством интересных безделушек, книгами, свечками… В углу, прислонённая грифом к столу, стояла гитара. Кровати не было, но кто-то сейчас, в моём сне, спал на полу, на обычном матрасе. Впрочем, почему кто-то?
Сказав себе, что это только сон и что ничего страшного не может произойти по определению, я решилась подойти к импровизированной кровати поближе, чтобы получше разглядеть девушку на ней.
Ей было жарко, и дышала она часто-часто, тяжело поднимая и опуская грудь. Волосы растрепались, одна прядь выбилась из общей массы, разделив лицо пополам, подобно шраму. Я села рядом и, повинуясь внутреннему порыву, осторожно протянула чуть дрожащую руку. Чтобы спустя пару ударов сердца коснуться её щеки, ласково завести прядь за ушко и потрясённо замереть — ведь я чувствовала жар её тела, как наяву.
Внезапно она открыла глаза, расслабленно и полусонно приподнялась, опираясь на локоть правой руки, а другой прижала мою ладонь к своей щеке. И улыбнулась.
Сказать, что я боялась происходящего, было бы абсолютно не верно. Потому что сердце бешено колотилось вовсе не от страха. Меня завораживал неземной свет луны в окно, незнакомая комната, тишина остановившегося мира, девушка, смотрящая на меня опьянённым желающим взглядом.
Я подалась вперёд и коснулась тёплых мягких губ, падая, падая вслед за ней на смятую подушку. И сошла с ума от того, что чувствовала, как дрожит, звенит внутри напряжённая струна, как нежно обнимает она меня, целуя в ответ, проводит ногтями по спине, наверняка оставляя тонкие красные следы…
Но помимо тишины этой ночи где-то бесконечно далеко, в другом мире, существовал назойливый звонок.
Поняв, что сейчас проснусь, я резко отстранилась от неё, и так вышло, что мы одновременно спросили:
— Ты мне снишься?
Улыбнулись, хотели сказать ещё много слов друг другу, спросить, но…
В следующую секунду я осознала себя сидящей на привычной кровати в комнате, где всё знакомо и понятно, где нет её, где нет сводящего с ума желания, и где существует кто-то, кто по закону подлости безостановочно трезвонит в дверь.
По-прежнему с безумной улыбкой на лице, я прошла по коридору, повернула ключ в замке, открывая.
— Я ключи забыла, — виновато сказала соседка, подпирая плечом косяк. — Извини. Ты спала?
Закрыла за ней, прислонившись затем к холодному железу спиной, прекрасно видела, как она снимает ботинки, держась за стены, и честно ответила самой себе:
— Не знаю, уж спала ли я?…
День пролетел как-то быстро и сумбурно. Пусто. Единственной странностью было то, что всё время я боролась с диким непонятным мне желанием курить. С жадностью смотрела на начатую Ритой пачку ментоловых сигарет, прекрасно зная, что раньше даже в голову не могло прийти закурить.
— Лера, ты как?
— М-м-м, так, норм, — неопределённо пробормотала я что-то в кружку с горячим чаем. — Холодно мне что-то, а так всё отлично.
— Н-да? — Ритка критично оглядела тёплые полосатые носки, причём разные, огромный бесформенный домашний свитер, и улыбнулась тому, что я вся сидела взъерошенная, словно воробей. — Любовь не греет?
— Угу, не греет, — хмуро согласилась, но стоило вспомнить сегодняшний необычный сон, как я тут же почувствовала, что краснею. Меня бросило сначала в жар, потом в холод, а затем мне осталось только опустить голову, чтобы Рита не увидела мою глупую улыбку.
— Ой ли? — подруга явно издевалась. — Как сказал бы Станиславский: «Не верю!»
— Ну и не верь! — непонятно по какой причине я разозлилась и, чтобы избежать ссоры, постаралась мягко спокойно сказать:
— Никого я не люблю, это точно. Просто постоянно думаю об одном человеке. Не могу сосредоточиться на чём-либо ещё. Это очень похоже на то, что я сошла с ума. Представь, постоянно вижу этого человека: во сне, в каждом прохожем, когда закрываю глаза, когда просто лежу и смотрю в никуда.
— И кто же это? — уже не банальное любопытство, а нотки обеспокоенности слышатся в голосе.
Минута молчания потребовалась мне, чтобы признаться.
— Это она. Та девушка, что вытащила меня из реки. Мне кажется, да я почти уверена в этом, что мы каким-то образом чувствуем с ней друг друга.
— Вот как, — Рита зло щёлкнула зажигалкой, нервно закурила. — Может, ты — в неё влюбилась?
И под её взглядом я почувствовала себя неуютно, поёжилась и честно попыталась ответить:
— Да, возможно, — Рита вздрогнула, словно от удара, но я продолжила, — но мне надо её найти и ещё раз увидеть, чтобы понять.
— А тебя не смущает то, что это, собственно, девушка?
— Да плевать мне, — я нервно улыбнулась и сдалась своему желанию — взяла со стола пачку сигарет, зажигалку, неловко покрутила в руках и… и, в конце концов, положила всё на место.
— Она ещё теперь и курит, — еле слышно пробормотала Рита, смотря в окно.
А ночью я не спала. Пила кофе, что-то пыталась учить, играла на компьютере, читала книгу, сидела на кухне и слушала музыку. Потому что боялась своего желания во сне снова увидеть её, желания коснуться, поцеловать, утонуть в ней без остатка и больше не захотеть проснуться.
— Ауч! Горячо-то как! — я с воплем крутанула ручку душа, перекрывая обжигающий поток воды. Попыталась включить холодную, но эффект от всех моих стараний — ноль. Про себя ругаясь, принялась вытираться полотенцем, как вдруг…
— Пф! — лампочка в ванной взорвалась и осыпалась мелкими осколками.
Не знаю, каким чудом, но мне удалось выбраться живой с минимальным ущербом — всего лишь порезала чуть-чуть ногу. Всё убрала, закуталась в полотенце и, не изменяя привычному порядку вещей, отправилась сушить волосы феном на кухню.