Пройдя пару улиц, по которым, кажется, давно уже не ходила, я поняла, что мы свернули уже с правильной дороги и ходим без всякой цели. Но дома меня так рано никто не ждал, и я была не против ещё прогуляться по утренним улицам. А чтобы всё-таки согреться, я взяла её за руку, осторожно сжав ладонь. Она тогда удивлённо на меня посмотрела, чему-то улыбнулась и так же аккуратно, как и я, переплела наши пальцы. Стало тепло…
Мы понемногу разговорились, хорошая погода согнала молчаливое настроение, и то и дело кто-нибудь из нас замечал что-нибудь необычное, интересное, весёлое, и тут же указывал на это с по-детски счастливой улыбкой. Мы обсуждали какие-то совершенно не важные мелочи, рассказывали забавные истории из жизни. А ещё я, наверное, давно так часто не смеялась. Казалось, что пополам с воздухом мы дышали этим волшебным утром, начинающимся летом, ветром, высоким небом и, конечно, друг другом…
Помню, потом мы всё-таки устали и долго искали скамейку, но смогли найти лишь невысокий, примерно выше колена, но ниже пояса, каменный забор в маленьком сквере. Я тогда с удовольствием присела, а она стояла рядом, напротив меня, поставив ногу на какой-то уступчик. Снова говорили о чём-то, видели счастливые улыбки друг друга, и часто, немного смущаясь, смотрели друг другу в глаза, затаив в них весёлые искорки своей радости.
Мне стало немного зябко, ведь сидела на холодном камне, но уходить не хотелось, поэтому я просто пододвинулась на самый краешек. Прохладный утренний ветер трепал мои волосы, забирался под лёгкую кофточку, явно подходившую больше для похода в гости, чем для прогулки. Мы всё с таким же воодушевлением и интересом разговаривали, наслаждаясь обществом друг друга, и нам было необыкновенно легко и хорошо. А я замёрзла и, наверное, стала заметно дрожать, потому что она вдруг подошла поближе и прикрыла своим плащиком, придерживая его руками на моих плечах.
Сквозь легкий шелест ветра в кронах деревьев я слышала птичий щебет, гул трамвая где-то вдалеке и еле различимый стук её сердца. Стало жарко и хорошо… Почему-то всё это вызывало во мне чувство бескрайней нежности и совершенно счастливую умильную улыбку.
Ветер всё равно обходил преграды, окончательно превратив мою причёску во что-то фантастически перепутанное и развевающееся. Она рассмеялась и попыталась пригладить мои волосы, ласково и осторожно пропуская их сквозь пальцы… А когда я удивлённо пробурчала, что так причёска совсем испортится, втайне всё же надеясь, что её это не смутит, она заявила, что я и так лохматая, и хуже уже не будет. А потом посмотрела с безумно счастливой улыбкой в мои шутливо-возмущённые и радостные глаза.
Не было причин думать, почему нас так тянуло друг к другу, почему, смотря на неё, я молила время идти медленно, так, чтобы можно было почувствовать и запомнить каждую секунду… Почему два человека, познакомившиеся так недавно, смогли всего за одно утро стать настолько близкими друг другу? В те мгновения я точно знала, что ни её, ни меня такие мелочи просто не волновали, а ответ был совершенно не нужен. Ведь всякое бывает и, собственно, почему бы и нет?
Наконец, огромным усилием воли я уговорила себя встать, только вот ни она не убрала руки с моих плеч, ни я не разжала лёгких объятий. И снова мы долго просто стояли вместе, безгранично нежно смотря друг другу в глаза, улыбаясь, словно сошедшие вдруг с ума…
Летнее солнце восходило всё выше, постепенно согревая улицы и прогоняя холодный ветер, а мы безумно медленно шли по улицам города, нехотя просыпающегося в выходной день. Пора было отправляться по домам, отдыхать и отсыпаться после празднования, в квартиры, в замкнутое пространство четырёх стен, но… ещё не прошло ощущение нереальности и волшебства всего происходящего, ещё возможно было позволить себе небольшую слабость. А именно, на прощанье, перед подъездом, ласково коснуться её щеки губами, прошептав: «Увидимся». И в ответ получить тёплую улыбку, озорной взгляд и столь бесконечно желанный сейчас ответ: «Конечно!»
Я пришла тогда домой безумно уставшей и счастливой, желая поскорей уснуть, не дожидаясь вечера, и как можно быстрее проснуться следующим утром, чтобы начался новый день, который, я была уверена, мы проведём вместе с ней.
Собственно, не было ничего удивительного в том, что моё желание сбылось, но для меня это было равнозначно маленькому чуду, самому настоящему волшебству. Мы встретились ближе к вечеру и снова пошли гулять по улицам…
Нельзя сказать, что каждый день, проведённый вместе, был для нас чем-то особенным или запоминающимся. Первое время мы просто узнавали всё друг о друге, начиная от привычек и увлечений, и заканчивая чем-то личным и сокровенным. Вызволяли из глубин памяти самые яркие воспоминания, рассказывали о своих планах на будущее, мечтах, страхах, надеждах. Делились всем тем, что обычно люди прячут ото всех, оставляя это что-то только для себя. Но рассказывать всё это было так же естественно, как просто жить и дышать.
Мы очень часто смеялись и улыбались, покупали друг другу забавные безделушки и самое дорогое мороженое, а иногда заглядывали в небольшие кафешки, если были деньги. А если денег не было, то наскребали мелочи из недр сумок, карманов джинс и курток, чтобы купить на двоих простой вафельный стаканчик. А ещё мы всё так же много гуляли по городу, весело болтая, периодически отдыхая на скамейках, либо сидели, держась за руки и иногда робко обнимаясь, в каком-либо парке.
****
Помню, проснулась как-то утром, а за окном моросил мелкий дождик. В квартире не было слышно ни звука, никто не гремел чашками на кухне, не пытался прибираться, отец не смотрел телевизор, а брат не слушал музыку.
Я встала и пошла на кухню налить себе кофе. Для этого пришлось, правда, сначала подождать, когда вскипит чайник, слушая тихий шум дождя. Как всегда, на автомате заглянула в кухонный шкафчик, с грустной ухмылкой обнаружив, что моей чашки в очередной раз нет на месте, и неохотно пошла в свою комнату. Нашла чашку на подоконнике, вернулась обратно. Я щедро сыпанула кофе, много-много ложек сахара, залила всё молоком, и только после всего этого ритуала добавила вскипячёной горячей воды.
Забралась с ногами на кухонную кушетку, обняла коленки руками, положила на них голову, из-под отросшей чёлки наблюдая, как вьётся пар над чашкой, закручивается спиралью и уходит вверх, растворяясь в этом странном утре.
Зазвенел мобильный телефон, я тогда вздрогнула, возвращая себя в реальность, и быстро подняла трубку:
— Слушаю…
— Привет, не разбудила? — осторожные, робкие извиняющиеся интонации.
Моя улыбка стала ещё шире:
— Нет, я только встала… Как там в деревне?
— Скучно без тебя, да и дождь идёт.
— У нас тоже…
Взяла чашку кофе, переложила мобильный в другую руку и пошла в комнату:
— У тебя деньги не кончатся на телефоне?
— Нет, у меня безлимитка.
Я закуталась тогда в одеяло, сделала небольшой глоток кофе и довольно сказала:
— Это хорошо… Знаешь, я по тебе очень скучаю. Приезжай.
— Скоро уже, через пару дней. Сходим, погуляем.
— Угу…
Теперь каждый раз, когда я просыпаюсь одна в квартире, а за окном идёт дождь, я вспоминаю то серое летнее утро, безграничное счастье и долгий разговор ни о чём…