цвета: красный чаще всего означает жизнь, здоровье, радость; белый часто символизирует смерть, но также и чистоту. Магическое (охранительное) и эстетическое (декоративное) значение имеют разнообразные геометрические знаки, рисунки, орнаментальные композиции на стенах жилищ, бытовых предметах, тканях. Так, спираль у догонов и др. африканских народностей символизирует развитие, динамику жизни; «змейка» (синусоида) у бамум, бамилеке и др.— символ плодородия и т. п. Особенности эстетического отношения к форме воплощены в конструкции жилищ и различных предметов обихода: кресел, подголовников, сосудов, корзин, музыкальных инструментов. Как правило, формы эти просты, геометрически правильны и функциональны; при этом поверхность предмета может быть сплошь покрыта резьбой, гравировкой, инкрустацией и т. п. Примером локальной этнической специфики является предпочтение, отдаваемое тем или иным элементам декора, таким, напр., как шевроны (пенде), каннелюры (сонге) и т. д. Во мн. случаях эстетическое восприятие формы тесно связано с ее символическим значением. Особенности эстетического восприятия формы особенно ярко выражены в традиционной скульптуре: ритуальных статуях и масках. При большом разнообразии стилей африканской традиционной пластики ей присущи нек-рые общие особенности: преобладание антропоморфных и зооан-тропоморфных сюжетов, строгая симметрия композиции, геометрическая простота форм, уравновешенная архитектоника, внешняя статичность и внутренний динамизм; отсутствие чувственности, сентиментальности и огромная эмоциональность; внешняя лапидарность и внутренняя экспрессия. Единство этих качеств составляет основу африканского эстетического восприятия формы. При этом руководящим началом всех худож. явлений выступает ритм, пронизывающий все — от скульптуры и архитектуры до танца и музыки. Постоянная потребность в коллективных вокально-музыкально-танцевальных импровизациях — характерная черта Н.-а. э. Реалистичность, «природность» музыкального ритма — продукт коллективного творчества, естественного создания и исполнения африканской музыки. О глубинных основах худож. культуры свидетельствует всеохватывающая заразительность негро-афри-канских ритмов, не только музыкальных и танцевальных, подчинивших себе на десятилетия музыкальную и хореографическую жизнь Европы,но и изобразительных, оказавших значительное влияние на художников европ. авангарда (Авангардизм). Динамической проекцией специфических негро-африканских ритмов являются традиционные танцы — один из важнейших аспектов Н.-а. э. О древности африканских традиционных танцев свидетельствуют неолитические памятники наскальной живописи Сахары, в частности изображения танцовщиц (Тассилин-Аджер, Хоггар), запечатленных в позах, типичных для танцев, исполняющихся в Африке по сей день. Танец, как правило, обрядовый, коллективный, сопровождает все события в жизни африканской общины: праздники плодородия, свадьбы, похороны, обряды посвящения молодежи. Единственный вид индивидуального обрядового танца — танец ритуальной маски, олицетворяющей духа, мифического персонажа. Большинство обрядов сопровождается также хоровым пением и ритмизованным чтением ритуальных текстов. Негро-афри-канская поэзия слагается по законам тех же специфических ритмов: особой расстановкой пауз и акцентов, тональностью, аллитерациями и повторами. Распевное чтение стихов нередко исполняется под аккомпанемент на музыкальных инструментах, выражая словом тот же смысл, к-рый по-своему передается др. элементами обряда, усиливая его общую семантическую (смысловую) насыщенность. Ритмы музыкальные, танцевальные, цветовые, пластические, графические (вплоть до определенного узора, образуемого на земле ногами танцоров) — все находится в теснейшем взаимодействии, создает сложный эстетический контрапункт. Общими чертами его ритмической структуры, к-рая служит формообразующей основой всего худож. комплекса, являются четко выраженная архитектоника, лапидарность (максимум выразительности при минимуме средств), интенсивность ритмических построений. Массовое возбуждение, многократно усиленное воздействием разнообразных ритмов, при этом не является самоцелью. Цель обрядовых действий — увеличение жизненной силы, обеспечение удачной охоты, урожая, изгнание злых духов и т. п. Направленность на достижение внеэстетического эффекта — одна из особенностей Н.-а. э. Если обычное представление о красоте сопрягается с пропорциональностью, гармонией и т. д., то для африканцев красивая вещь — это прежде всего вещь истинная, настоящая, причем, как отмечают исследователи, эти критерии не противостоят друг другу: в большинстве случаев африканские изделия, красивые с т. зр. европ. эстетики, оказываются «истинными, настоящими» с т. зр. африканской концепции прекрасного. Долгое время изучение специфики Н-а. э. проводилось преимущественно амер. и европ. исследователями. Ныне значительная роль в разработке ее философских аспектов принадлежит африканским мыслителям, и прежде всего создателю теории негритюда философу, поэту и эссеисту из Сенегала Леопольду Седару Сенгору (р. 1906). Осн. его работы по проблемам эстетики и худож. культуры: «Дух цивилизации и законы африканской культуры» (1956), «Негритюд и германизм» (1965), «Негро-африканская эстетика» (1964). Отдельные вопросы Н.-а. э. освещаются в работах таких африканских ученых, как Жозефо Ки-Зербо (Буркина-Фасо), Энгельберт-Мвенга (Камерун), Ола Балагун и Экпо Эйо (Нигерия).