Выбрать главу

- Виеса, прекрати стенать! Не слышишь, твоё дитятко молчит, значит ничего не болит, или ты ей шею свернула. В моей помощи нет надобности.

Меня тут же завертела мать на предмет повреждений не совместимых с жизнью. Ах, старый хрыч! Есть у него однако порох в пороховницах, как мою крикливую родительницу мгновенно угомонил. Моё признаие, почёт и уважуха!

- Авирс махат, цела она! Зачем меня так пугаешь?

- А зачем ты так голосишь, раз цела она? - дед даже и не думал прекращать свои дела, как переберал сухую траву, так, и не остонавливался.

И тут я не сдержалась, лёжа у матери на руках вытянула вперёд руку с оттопыренным большим пальцем и выдала восхищённое "О!" Сказать что после моего жеста взрослые ахринели, ничего не сказать, у матушки не прилично отвисла челюсть и выпучились глаза, а Хотабыч местного разлива наконец отложив свои травки, развернулся на табурете в мою сторону. На меня удивлённо смотрела пара выцветших зелёных глаз, а лицо на котором они находились, было исперещено не только глубокими морщинами, что делали его похожим на шарпея, но и тремя уродливыми кривыми шрамами, что были очень давно нанесены его "морду-лица" когтями неизвестного зверя.

- Аха! О! - и снова потресла кулачком с оттопыренным большим пальцем, правда, я хотела сказать "махат", но что вышло.

- Как её зовут? Повтори, Виеса, я не запомнил.

- Ифа! - воскликнула я, опережая мать. Мне тоже поговорить с тем-то хочется, а то лежи качайся, спи, ешь кислятину и пачкай тряпки, в которые тебя так пеленают, что это может вызвать замедленное развитие всего организма, я уж молчу про рахит который можно схлопотать от недостатка света.

- Её зовут Риифа, Авирс махат. - шокорованно выдыхает родительница, не прекращая смотреть на меня выпученными глазами, будто у неё на руках не её родная дочь, а ктулху. - Она в середине осени родилась.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава - 2. Веселье только начинается!

- У? - "это что?" спросила я, указывая пальцем на горку мелко резанной коричневой травы.

- Гамирт, - дедуля только мельком взглянул, не отрываясь от измельчения в ступе зерна. - Ифа, ты когда нормально говорить начнёшь?

- Могю хоть сичясь! - "Могу хоть сейчас", всё-таки правильно выговаривать слова имея только 2 зуба, это жесть.

Дедушка замер, и медленно поднял на меня удивлённо-укоризненный взгляд:

- И ты, жук мелкий, целый сезон мне "укала", да "акала", хотя уже могла сносно говорить!

- Эт вопьрёсь или вёзьмющенье? - "это вопрос или возмущение?"

- Вот же...! 

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Автор приостановил выкладку новых эпизодов