Потерпи малышка, потерпи повторяю я про себя. К утру пошел дождь, но и он не смог убавить мою ярость, которая с наступлением утра все громче и яростнее бушевала во мне, словно девятый шквал волны неистово набрасывается на корабль, топя его корму в ледяной воде и унося в бездну зазевавшихся моряков.
Сонные люди спешат на работу. Каждый раз моя голова дергается, когда открывается эта чертова дверь. Вот и сейчас я смотрю на выходящих наружу людей. Дождь немного стих, но все же не так сильно, как хотелось бы. Мужчина в серых джинсах и темной рубашке поло материться, раскрывая зонт и придерживая дверь рукой. И тут мое сердце ускоряется, когда я снова вижу ее.
МИГ и моя рука сжимается вокруг горла моего обидчика. Он ошарашенно взирает на меня до конца не понимая. Зверь неистово бушует во мне...
СЛОМАТЬ РАЗДАВИТЬ ПОРВАТЬ... и только ее вскрик немно отрезвляет меня.
ЕМУ нечем дышать. Он перестал биться. Перестал бороться за свою уже никчемную жизнь. Висит в моих руках словно тряпка.
- Отпусти его, - шепчет она мне, пытаясь разжать мои пальцы.
- А ОН ОТПУСТИЛ? - зло кричу я. Мои глаза горят гневом, как и сердце, что неистово скачет в груди.
- Разве он сделал это, когда ты его попросила?
Она смотрит со страхом на меня. Бледная и взволнованная, со слезами на глазах, кусает губу и ищет оправдания для этого мудака.
- Пойдем со мной, - с замиранием сердца произношу такие простые и легкие слова.
Она резко вскидывает голову, словно взвешивает все и видя ее колебания, вновь повторяю свою просьбу. Я готов ждать, готов умолять, лишь бы больше не отдавать этой СУКЕ мою сладкую девочку, но она первой отводит взгляд и отрицательно мотает головой. Я прошу снова и снова получаю отказ...
- Ты не понимаешь...
Что я блять должен понимать?
Я и так вижу синяки от пальцев на ее тонкой, и белой шее и меня еще больше колбасит.
Я все же разжимаю руки. Причин его убивать пока нет, но если появятся, я обязательно сделаю это без колебаний. Он падает на пыльный асфальт, глотая ртом воздух и со злостью буравя меня своим взглядом.
Камила тут же бросается к нему, помогая подняться.
- Ты ничего не знаешь, - повернувшись шепчет еле слышно она, плача.
ТВОЮ МАТЬ! - рычу я. Я хотел наказать мудака, но я восе не хотел увидеть слезы на прекрасном лице.
Снова наклонившись к нему, я хватаю его за грудки и рывком поднимаю с земли.
- Ты пожалеешь, - шипит он от боли.
- НЕТ! - цинично улыбаюсь в ответ. - Пожалеешь здесь ты! - угрожаю ему, - если еще раз сделаешь ей больно. Я порву тебя!, если ты мразь вздумаешь вновь поднять на нее чертову свою лапу!
- Уходи, - умоляет она и я разворачиваюсь не в силах смотреть на ее унижения.
Что - то ломается во мне. Трещит по швам. Мерзкое и черное обволакивает сердце. Так пахнет предательство. Я лишь хотел защитить и обезопасить ЕЕ. А в ответ получил лишь холодность и безразличие. Словно увесистый пинок под зад. Не то, чтобы больно, но ужасно неприятно.
Бьет значит любит, - не раз я слышал эту поговорку и теперь убедился в ее праведности на своей собственной шкуре.
Разочарование разъедало меня весь оставшийся день и послав все к херам - завалился спать, приняв таблетку снотворного.
Я просто устал...
Хотел спать и невидеть ее слез...
Просто спать и не чувствовать ничего вообще...
Мне хотелось блевать при виде того, как она воркует над ним, после моего ухода.
Я чувствовал ее страх даже из далека и не смог помочь ей ничем. Она сама должна была понять и я не могу принять ее выбор. Какими бы доводами она бы не бросалась в ответ в надежде защититься.
Сон принес некий покой. Я знал, что пропустил ее танец, но именно сегодня мне было плевать на это. Вместо кофе я выбрал пробежку.
Бег все время помогал мне отвлечься. Вот и сейчас я бежал по пустым улочкам, слушая рок.Тихо шел дождик, но меня это не заботило, а наоборот было приятно. ОН остужал мое разгоряченное тело, остужал пыл и вносил ясность в мысли. Когда я бежал, то на время забывал обо всем.
Просто бежал, то и дело увеличивая темп. Мне нравилось это чувство полета и быстроты. Нравилось чувствовать усталость. и покалывание в ногах мышц. Придя домой, я снова отправился в душ, по пути задергивая шторы, чтобы не было соблазна заглянуть в чужие окна.
Мой бой был в семь вечера. Я вышел раньше, чтобы хорошенько поесть. Эти дни порядком вымотали меня и я не знал, насколько сильно это может отразиться на бое.
Сегодня клетки не было. Арендаторы любили менять декорации и сегодня все выглядело намного жестче, чем когда либо. За те три года, что я дерусь здесь. Эта декорация заставила кровь в моих жилах замереть. Все было черным и мне совершенно не нравилась эта атмосфера. Леший никогда не пропускал мои бои. Так было всегда и сейчас он уже ждал меня находясь в раздевалке.