Впрочем, она не всегда этим пользуется, потому, что однажды дала себе слово больше не причинять неприятностей любимому человеку, ведь она всем говорит, что она замужем.
И ещё она не любит все время красить глаза, потому что может в любой момент заплакать, хотя для этого у неё на лбу всегда солнечные очки, чтобы никто не увидел в критические моменты глаз женщины, которая проходит мимо.
Но самый большой ее недостаток в том, что она слишком легко начинает видеть предел людей, даже самых избранных, и тогда лучше зажмуриться, но идти вперед, в лес, чтобы только этого предела не видеть, иначе не на кого в жизни будет равняться вообще.
Кстати, стоит ей только войти в лес - как к ее ногам тут же выходят все дикие звери - лоси, лисы, медведи, чтобы поесть из ее рук черники и других ягод.
Она говорит по-французски, по-испански, по-итальянски, по-украински и еще на любом другом языке, который тебе так захочется услышать, но на утро она уже ничего не помнит. Она вообще плохо помнит свое прошлое и легко его забывает, летя только вдаль.
У неё с собой всегда есть: запах первой весенний грозы, запах только что вспорхнувшей и улетевшей ночной бабочки, запах светящихся фонарей в темноте в дождь и запах слезинок счастья от первого слова «Мама» ребёнка. Она нажимает на одну кнопочку на заветном кулончике в виде звезды у себя на цепочке - и тут же рассылает нужный запах всем своим любовницам и любовникам, которые в это время видят её во сне, а также всем остальным, которые хотят сформулировать что-то важное, но никак не могут решиться. И вот с дуновением этого запаха они наконец-то произносят слово «Люблю», на которое способен не каждый. «Я все могу! Я всех люблю! Я такой большой! Я влюбился! Без взаимности». Она же только улыбается, стоя у окна с другой стороны, удовлетворенная тем, что теперь можно лететь дальше.
Меж ключиц ее цепочка круглых бус, Он губами знает каждую на вкус. Он срывает их, как капельки, с листа, А она стоит, как девочка, чиста. Это черт ее придумал или Бог, Это грезил ею Пушкин или Блок. И кому была завещана в века Эта смуглая, точеная рука, Эти черные печальные зрачки Открывали все запоры, все замки. Ей доступны все дворцы, все дома. Это входит в дом к вам истина сама.
Каждый думает, что лишает её невинности в первый раз, когда чуть позже поёт ей эту песню. Она же сама знает ту единственную, что лишила её невинности на лестнице между небом и землей, на площадке между четвёртым и пятым этажом, на всю жизнь, есть поцелуи, которые помнятся перед смертью, и ничего, кроме них, как самое главное впечатление жизни.
Она снится и мне по ночам. Она отражается в миллионе зеркал сразу, и я не знаю, в каком именно её отражение настоящее, потому что в ту же секунду она исчезает, и я не успеваю спросить, как её зовут. Поэтому я узнаю её на земле только по запаху звёзд, только по запаху слез, только тогда, когда быстро мчусь на машине. Я ищу её на земле и порой я до боли уверена, что вот она, уже здесь. Если я наконец её встречу, то влюблюсь в неё окончательно и бесповоротно. Если, конечно, не окажусь ею самою сама.
23 января 2016 г.