Здесь многие, так ещё мало жили,
Но это, только лишь, фраза.
Ну что же вы люди! Рабы мотора.
Спешите к заветной дверце.
Во время нашего разговора,
Встало ещё чьё-то сердце.
Скорость и трасса. Пути едины,
Здесь есть на что посмотреть.
Машины, машины, машины, машины.
Скорость. Трасса. И смерть…
Жизнь в ожидании мгновенья,
Что в этот час и этот миг,
Под ветра рока, дуновение,
Раздастся чей-то жуткий крик.
И искорёженный металл,
Сейчас вонзится в чью-то душу.
Кто спал, дремал, а кто мечтал,
Им этот миг сейчас отпущен.
Судьбы попался поворот,
Какой-то скользкий и нелепый.
Но сон в душе, и скользкий лёд,
И плеск, в глаза, слепого света.
Нога упала на педаль.
Визг шин, и тьма, в глаза несётся,
Сейчас ударит сталь об сталь.
И кто-то может, не проснётся.
Удар. И блеск стекла кровавый,
В ночи при огненной луне.
Вы виноваты или правы,
Решать сейчас, одной судьбе.
Она к вам может благосклонна,
И ночь пройдёт как сон кошмарный.
А может быть и непреклонна,
И будет сделан ход, коварный.
Так будьте вы благоразумны,
Течения трассы так жестоки,
Чтобы не сделать, шаг бездумный,
В большом, стремительном потоке…
Хочу тебя. Хочу к тебе.
Как к неизведанной судьбе.
Как к восхитительной звезде.
Хочу к тебе, хочу к тебе.
Хочу тебя. Хочу к тебе.
Чтоб чувства не держать в узде.
Чтоб быть с тобой всегда, везде.
Хочу к тебе, хочу к тебе.
Хочу тебя. Хочу к тебе.
Так ива тянется к воде.
Так свет стремится к чистоте.
Хочу к тебе, хочу к тебе...
Чудесница моя.
(Скучаю между строчек.)
И грусть слепой волной.
Охватывает ночью.
И я лежу без сна.
Тебя, в мечтах целуя.
Нужна лишь ты одна.
В себе, тебя рисую.
Потом отстыв от грёз.
Тобой, себя терзаю.
Я сам, тебя вознёс.
И от себя, скрываю...
Военкомат, встречай призывников.
Толпятся люди возле стен твоих.
Девчонка, мать, солдата провожай.
И ищут парни средь толпы своих родных.
Вот пять минут осталось, для всего.
Обнять родителей, с девчонкой попрощаться.
Как за трибуну, военком встал на крыльцо.
И зычным голосом сказал всем: «Собираться."