На следующий день, раздраженный тем, что в столовой мне отказались давать чай, оправдываясь распоряжением начальства и отправляя со всеми вопросами к наставникам, после чего мне под ухмыляющиеся взгляды пришлось давиться компотом, я ураганом ворвался на полигон. Жутко жалея о том, что не могу достать лом и показать этому змею Горынычу где тут корги зимуют, ибо обещал на время первичной подготовки не использовать игровое снаряжение и не повышать параметры. И я уже набрал в грудь побольше воздуха для долгого возмущения, когда увидел страшное. Словно на обычном пикнике, сидя вокруг белого покрывала на травке, эти три не побоюсь этого слова, нелюдя, ломали пальцами листья шикарно пахнущего чая и бросали крошки в пластиковые стаканчики с кипятком.
- Тфу, ну и гадость! – Скривился Дмитрий, выливая полученную смесь в стоявшую урну. – А разговоров-то было - Тегеран ин, наш самый лучший чай! Пейте на здоровье, многолетняя выдержка. Балаболы черные, блин.
- Ну вообще-то Те Гуань Инь и индусы не такие уж и черные, скорее коричневые. – Поправил его Сергей, складывая остатки чайного листа в железную коробку. – Но так да, гадость конечно отменная. Как они это пьют, да еще и такие бабки за него платят, мне категорически непонятно. Эй, новобранец! Тебе чай не нужен? Лови!
- Акх.. корг! – Вырвалось у меня, когда я радостный поймал коробку с чаем и пропустил момент броска полена, на котором сидел Дмитрий, которое, врезавшись мне в ноги, опрокинуло вперед лицом, прямо на летящий следом железный чайник.
- Ну вот, восстановление боеспособности менее чем за десять секунд. Три ящика мои. С зарплаты будьте добры занести в часть. – Радостный голос Сергея был первым, что я услышал, очухиваясь на травке. – А ты не симулируй, вставай уже.
- Да, действительно вставай. – Протянул мне руку Иван, помогая подняться. – Почки они не казенные, так на земле валятся.
- С гордостью хотим представить тебе, экспериментальную систему подготовки. – С улыбкой начал рекламировать мне их сюрприз Дмитрий. - Разработанную, между прочим, лично для тебя, так что гордись. В течение последующих двадцати дней, вот на этом самом месте, мы будем ежедневно завтракать и ужинать с твоим, к слову, чаем. Мне его после одной операции в Индии, подарил очень высокопоставленный человек. Ну а так как мне совершенно не нравится такой вкус, я вообще, если быть честным, больше кофе "три в одном" люблю, то дарю, можно сказать безвозмездно. Ну а твоя задача проста - забрать его у Ивана. Вон он, гаденько так улыбается стоит, наверняка планирует пить его по ночам, так что предупреждаю, может и не выйти двадцати дней-то. Ну а пока не сможешь, будешь пить компот, он очень полезен, да и делают у нас его недурственно.
Уточнение про компот, довело меня до крайней точки кипения, после которой я, забыв обо всем на свете, начал драться как жирный кот, у которого забирают последний в мире пакетик влажного корма. В смысле с такой же яростью, напором и, к сожалению, эффектом. И вот, последующие девятнадцать дней, превратились в нескончаемое избиение и употребления компота, в который судя по моим ощущениям, с каждым днем добавляли все меньше ягод и больше какого-то нового ингредиента, вроде носков главного повара или портянок Дмитрия, а может и все вместе, настоянное на чем-то столь же "приятном". Антон, конечно, пытался немного выправить ситуацию, когда с принесенной мне моей любимой кружкой из дома, незаметно сунул маленький термос с заваркой. Но как только я в тайне вечером наливал кружку и брал ее в руки, перед глазами сразу же вставал Иван, который так же сейчас в своей комнате заваривает МОЙ эксклюзивный чай и с гадкой улыбкой, выпив половину, морщится от омерзения и выливает оставшееся в раковину.
Проснувшись утром двадцатого дня, я практически впал в отчаянье. Да, сегодня на тренировках в своем подсознании я справился со всеми троими, впрочем, как и во все дни до этого. Да, я усваивал и отрабатывал все со скоростью недоступной обычному человеку, но проблема была в том, что я просто не знал всех их возможностей и не мог подготовиться ко всему. А без подготовки, как показывала практика, я вынужден был раз за разом терпеть поражение. Как бы это не было больно признавать, но я наконец в полной мере ощутил свою слабость и беспомощность, перед обученной и слаженной группой. На все мои козыри, в виде большей скорости или идеального владения телом, они выкладывали джокер в виде жизненного опыта и помощи товарищей. Уклоняясь от Сергея, я неизменно подставлялся под удар Ивана. Бросая Ивана через плечо, тут же падал вниз от подсечки Сергея. Пробовал взлететь, но тут же был сбит броском гантели, которые всегда держал под рукой Дмитрий, и в случае необходимости превращался с ними в отличное средство противовоздушной обороны, хотя, тут уместнее конечно, будет сказать - нападения.