- Они, вроде, присмирели в последнее время, разве нет? - осторожно спросил Александр, раздумывая на самом деле о том, что именно пугает Аманду.
- Сейчас-то да, - неохотно признала она, - хоть какая-то польза от этого всемогущего морского гада. Просто… Я двадцать лет слушала от окрестных фермеров самые мерзкие истории об этих людях и их делишках, а теперь приходится с ними за руку здороваться. Противно.
- Понимаю, - вздохнул Александр. - В бизнесе, чтобы своё дело сохранить, тоже иногда приходилось с такими сотрудничать… Что поделаешь - не пойман, не вор.
Какое-то время они провели в молчании, затем Аманда торопливо спросила:
- Вы на чай-то останетесь? Не понесётесь дальше на всех парах пустыню исследовать?
- Ночь скоро, - вздохнул Александр. - С другой стороны - ночью хотя бы перегрев не страшен. Разве что вы устали за день, куда вам гостя принимать.
- Глупости, - отчеканила Аманда. - Не сахарная, не растаю. К тому же живу я не одна, будет кому составить вам компанию за чаепитием, пока я смою с себя эти барханы…- она недовольно осмотрела запылённый комбинезон, под который наверняка набились горы песка.
Проследив за её взглядом, Александр понял, что думает не столько о вездесущем песке, сколько о том, что достоинств фигуры Аманды грязный комбинезон ничуть не портит. Крутые бёдра, подтянутая грудь, не тонкая, но четкая талия. Аманда не принадлежала к числу фееподобных созданий - широкая кость и тренированные мышцы делали её похожей на женщин с окрестных ферм, но при этом в её движениях присутствовала недоступная другим, уверенная грация. Она напоминала Александру пастушьих собак, которых он видел в детстве, в Центральных Землях - толстолапых, мощных, с густой шерстью, но при этом стремительных и лёгких на подъём.
- Правда, чинных посиделок обещать не могу, продолжала тем временем Аманда, вглядываясь с выросшую на горизонте скалу, к которой вела дорога. - Мои родители те ещё... оригиналы. Обсерватория - самая меньшая из причуд. Но вы не похожи на человека, которого можно таким испугать, - на этот раз в её усмешке явно был вызов.
- Чинных посиделок мне за годы работы, поверьте, хватило, - ухмыльнулся Александр, давая понять, что принимает неясный пока вызов. - Разнообразие не помешает.
- Что ж, транспортное средство у вас есть - в крайнем случае, сбежите, - кивнула Аманда и кивком указала вверх. - Вон она, моя башня из слоновой кости.
Александр пригляделся и действительно увидел на вершине скалы нечто похожее на башню, только толстую и короткую. В голове хвостом кометы стремительно пронеслось не воспоминание даже - слабый отголосок.
“Ты прав, - подтвердил его смутные ощущения молчавший до этого Ктул. - Ты здесь был. Ребёнком. Но больше я тебе пока рассказывать не буду. Раз ты решил сохранять инкогнито, излишняя осведомлённость тебе пока не к лицу. Если нужно будет - расскажу. Ничего опасного тут нет. Но это было… забавно” - на последних словах он выразительно хмыкнул, и Александр подумал, что для малоэмоционального головоногого Ктул учится человеческим эмоциям слишком быстро.
Впрочем, предосторожность оказалась излишней - инкогнито Александра продержалось недолго.
***
- Эндрю, старый ты маразматик! Неужто-таки вспомнил про десятку, которую должен мне за прошлый бридж?
После долгого подъёма по крутой, змеящейся вдоль скалы дороге, Александра с непривычки мутило. Он оказался совершенно не готов к тому, что встретивший их в прихожей высокий старик приложит его решительным хлопком по плечу. Сразу стало понятно, что это и есть отец Аманды - она была очень на него похожа. Та же широкая кость и пластика большого животного.
- Сам ты старый маразматик! - а вот вышедшую на шум женщину вполне можно было назвать фееподобным созданием. Она была какой-то нечеловечески стройной, но не выглядела худой до измождения. Тонкие черты лица, тяжёлая копна седых, забранных в старомодную причёску волос и пронзительные, яркие голубые глаза. Александр прежде видел такие лишь у одного человека - у Лайла.
Именно взгляд - цепкий и внимательный, выдавал её возраст. Морщины казались лишь временной мимической маской, делавшей лицо скорее приветливым, чем старым, в то время как глаза смотрели тысячелетней мудростью. В этом не было никакого пафоса - просто знание жизни, отражавшееся во взгляде хозяйки дома, заставило Александра почувствовать себя мальчишкой.
- Какой он тебе “Эндрю”? - продолжала ворчать женщина, подошла к Александру и так посмотрела на него снизу вверх, что ему показалась - это она его на две головы выше, а не наоборот. - Эндрю давно звёзды исследует там, где тебе, старому дурню, и не снилось. Это его сыночек-хулиган.