– Мы ещё не обсудили мою выгоду от этой сделки. И гарантии. Где вы достанете этого мальчишку? Насколько мне известно, Закиро надёжно его упрятал. Как знал, что начнётся охота.
– Предоставьте это нам. Мы отыщем Микайо в ближайшее время и передадим в ваши заботливые руки.
– Я бы предпочёл, чтобы они остались чистыми, – Финито зачерпнул большую горсть из пакета, каждой рукой. – Но могу устроить встречу с представителями семейства, на нейтральной территории. Идёт?
– Отличная мысль, мистер Финито. Я знал, что с вами можно иметь дело.
– На этой чёртовой скале — только со мной и можно.
– Итак, что же вы хотите за вашу услугу?
– О как. То есть даже выбрать можно. А не боитесь? Вдруг ресурсов не хватит?
Незнакомец усмехнулся:
– Если будет нужно — каждый неравнодушный житель Кибера внесёт свой вклад в общее дело. Не стесняйтесь в своих запросах.
– Даже не думал. Вот моё предложение. Аудитор должен исчезнуть с Кибера в ближайшие двадцать четыре часа. И результаты всей его деятельности.
– Не за что не поверю, что вы его испугались.
– Лично мне по боку. Но кое-кому в совете стало... ссыкотно. Я поржал, премного благодарен, но шутка затянулась. Нечего мутить воду. А то мало ли что со дна всплывёт… Ну, так что? Справится ваше «неравнодушное сообщество» или этого разговора не было?
Финито, забывшись, круто обернулся через плечо. Разумеется, он не увидел ничего, кроме развесистой ивы с толстой заскорузлой корой. Но по обеим сторонам скамейки что-то колыхнулось.
– Держите себя в руках, капо, – посоветовал невидимка. – Мы принимаем ваше предложение. Ровно через сутки у столь неугодного вам субъекта возникнут неотложные дела в местах не столь отдалённых, и он улетит, без лишнего шума. Больше вы не встретитесь. Порядок в совете будет восстановлен. В ближайшее время с вами свяжутся. Таким же способом.
– Интересно будет посмотреть, как вам всё это удастся, – пробормотал Васко.
– Смотрите внимательно, чтобы ничего не упустить, – посоветовал незнакомец без тени иронии.
– Что ж, по рукам, – Финито кивнул. – С вас — Сабаи, с меня — Бамбини. И небольшое представление.
Васко встал, расправил плечи. Скамейка облегчённо скрипнула и приподнялась над землёй на пару дюймов. С колен Финито упал на землю опустевший пакетик. Васко вновь обернулся и лукаво подмигнул пустому месту заплывшим глазом.
И резко вскинул обе руки в стороны, разжав пухлые пальцы.
В воздух взметнулись два огромных облака из ниддлеанских кристаллов, перетёртых в мельчайшую пыль. Бледная завеса моментально окутала два прозрачных инородных тела и частично обволокла самого Финито. Тут же в цветущих ветвях ожил рой робоптиц. Несколько десятков потрёпанных жизнью и временем голубей обрушились с небес, роняя пыльные синтетические перья и хлопья ржавчины. Тяжёлые гроздья цветов падали то тут, то там, разлетаясь на отдельные лепестки. Робоголуби с пронзительным уруруканьем неслись поглощать разлетающееся лакомство. Сталкивались друг с другом и двумя невидимыми преградами возле скамьи. Ниддл оседал на всех поверхностях бледным покрывалом, сделав зримыми два человеческих силуэта с винтовками. Секунда — и маскировка была полностью провалена, птицы облепили тщетно отмахивающихся и матерящихся на японском мужчин как единый бионический организм. Что-то стукнуло: один из охранников выронил оружие и шарил по земле, пока на его спине творилась голубиная вакханалия. Другой охранник навёл оружие на Васко и десяток скрежечущих усталыми сервомоторами птиц уселись на стволе как на невидимой жёрдочке и склёвывали с него и друг с друга пылинки ниддла.
Птиц на Кибере не обновляли лет сто. Робоголуби давно выживали, расклёвывая провода в парковой системе полива и таким образом подзаряжались. Обогащённые кристаллы были для них настоящим лакомством и рычагом давления, благодаря которому Васко раз в неделю скрашивал свой променад.
Финито слегка отряхнулся, одёрнул пиджак за лацканы и поклонился с довольной ухмылкой. Птицы верещали, охранники попытались перегруппироваться в кустах, но наткнулись там на ещё одну стаю и оголённый высоковольтный провод.
Васко удалился, довольный собой.
Под раскидистой ивой, в кошмарном гаме и неразберихе утонул слабо сдерживаемый смех.
* * *
Шумиха улеглась ещё не скоро. Все жизнеспособные обитатели парка слетелись (или сползлись, гребя оголённым каркасом крыльев по земле) к точке вброса. Деревья тряслись, обильно теряя листву. Суматоху было слышно и отчасти видно с верхних уровней.
В частности — с балкона апартаментов Адано.