– Ра’ас — вонючка!
После этого обоим бойцам потребовалось некоторое время, чтобы поставить себя на ноги. Они определённо играли вничью. Малышу нечем было защищаться, а Ра’ас оказался бессилен перед скоростью мысли и дальнобойностью атак Кю.
Тем временем другая пара непримиримых соперников работала, можно сказать, слаженно. Король дуэлился шесть дней в неделю, до десяти раз за день и давно собаку на этом съел. Буквально, когда бился в корейском ресторанчике, и праздновать победу над очередным косноязычным змеем было больше нечем.
Рене восполнял нехватку опыта хитростью и делал ставки не на оборону, а на ложные выпады и обманные ходы. Шу-Лир вертел его волчком, но при этом и сам разгадывал удары через раз. Анри заставил его делать обратное сальто и самому себе отвешивать подзатыльники.
Тогда Король ослепил Рене, но сделал это по-умному, не трогая сенсоры сетчатки, а создав иллюзию повязки на глазах противника. Анри пришлось драться вслепую, так как он далеко не сразу смог развеять преграду. Поэтому он не увидел, как Шу-Лир, позорно упав на колени, заломил руки и жалобно «взмолился» о помощи. Зато, когда повязка исчезла, Рене был свидетелем смачной оплеухи от Малыша, которого Ра’ас раскрутил как заправскую балерину. Удар оказался мощным, и Короля отбросило на баррикады, но даже в полёте он не переставал читать заклинания, и одно даже сработало — во рту Рене оказался воображаемый кляп, который ощущался совсем как настоящий. Анри не мог пошевелить губами и сжать челюсти. Он физически ощутил плотный ком материи, который с силой затолкали ему в пасть. Но дотронуться до него не смог.
Малыш, тем временем, провертев в земле ямку в процессе вращения, продолжал кружиться, причитая:
– Кю! Кю! Кю!
С каждым «кю» Ра’ас получал поджопник или затрещину. Его шатало из стороны в сторону. Он пытался читать новые заклинания, но каждый новый шлепок все сбивал. Челюсти сводило судорогой, боль от ударов была вполне реальной и Тафари уже неоднократно успел пожалеть, что в своё время увлёкся мышечными имплантами вместо того, чтобы налечь на старое доброе железо в качалке. Малыш весь состоял из натурального жира и даже не все импульсы из мозга поступали куда надо, в то время как укомплектованный по последнему слову кибернетики Ра’ас был для Малыша как мирионетка. И кукла вуду. И груша для битья. А кружиться ему даже понравилось.
– Стой! – простонал Ра’ас через минуту.
Король, потирая ушибленное плечо, довольно рассмеялся, наблюдая, как Рене ощупывает свой разинутый рот в поисках фантомного кляпа.
– Кю! – сам стой, дурак.
И Тафари полностью парализовало. Он мог только глазами хлопать, глядя как жирдяй перед ним потеет и вращается.
– Техническая… ничья, – сказал Король, а затем спросил у Рене, – Ну а ты? Сдаёшься?
Рене яростно замотал головой и что-то промычал. Внезапно в его глазах промелькнуло озарение: он может мычать. И принялся обстреливать Шу-Лира неразборчивыми мантрами, по звуку напоминающими вопли раненого бизона.
Короля стошнило. Причём капитально. Уделал любимую мантию и брюки всем, что съел днём. Ра’ас, скрипуче рассмеялся сквозь зубы.
– Кю! – Малышу не нравился запах. А ещё его вот-вот тоже начнёт тошнить от этой карусели.
Сплюнув, Король снова пошёл в атаку. Из-под трейлера выполз здоровенный шипастый зверь, отдалённо напоминающий дикобраза и начал на Рене охоту, обстреливая его колючками. Анри начал бегать от монстра кругами, уворачиваясь изо всех сил. Болезненные уколы обжигали ему зад и спину. Анри юлил, метался из угла в угол, но зверь был проворен и силён. Не прекращая бегать, Рене расколдовал Ра’аса и попросил его помочь, но что они могли сделать с животным, да ещё и с неопознанным.
– Иди ты на фиг, я пас, – пропыхтел Тафари.
Король снова засмеялся и из покорёженной гримёрки выбежала вторая тварь и с ходу зашипела на Ра’аса. Пришлось им какое-то время побегать вместе, вскрикивая от боли, когда очередная колючка со свистом впивалась в тело. Король стоял в центре площадки и с удовольствием наблюдал за делом рук своих. От него воняло рвотой. Рядом пованивал вспотевший Малыш, переводивший дух на испорченных концертных костюмах клона Дион.
– Полагаю, это победа? – крикнул Король пробегавшему рядом Рене.
Тот что-то неразборчиво выпалил.
– Что-что? Не слышу!
– Я говорю… Ты ничего… не забыл?
Король озадаченно посмотрел на Рене. Тот, убегая от иллюзии, показал на выход. Ширма была отодвинута. Под столом, мимо Шейкера, собравшего у своей лавочки приличную очередь, уползал менеджер. Зеваки с выпученными глазами смотрели на четверых идиотов и двух кошмарных тварей, мечущихся в импровизированном загоне. И Шу-Лир понял, что заигрался.