— Н-да — расстроено, протянул Априус — ну это уж слишком. Так не пойдет. Уж, что-что, а собственное тело, он не даст изменить.
Он, не глядя в зеркало, сосредоточился, вспомнил отца и мать, вспомнил тот последний день, перед катастрофой, но потом решил, что это будет уж слишком, все-таки прожил не один век, и вернул себе вид, воскрешенного Третьей Силой, парня. Вновь посмотрел в зеркало, и увидел коротко стриженного, поджарого мужчину, с изумрудными глазами, без излишней мышечной массы, но такого же рельефного, только теперь ему на вид было лет сорок, в лице, правда, остался некий отпечаток, пережитого, за последний поход.
— Ну так нормально? — Повернулся он к друзьям, и обомлел, рядом с ним стояли не только, Дрендом с Саяром, но и Куру, Яша, и близняшки. А на левое плечо опустилась знакомая тяжесть:
— Не боись, Апри, я тебя завсегда признаю, и в любом обличии — по-вороньи прокаркал Рунин. — Хотя конечно, в этот раз ты совсем стремный, какой-то…
— Это издержки… Наткнулся на какой-то древний обелиск, и вот пожалуйста. Потом хотел освободиться, для этого провернув одну аферу, но не вышло… И вот, я такой весь побитый и подавленный перед вами.
— Что с тобой, конкретно произошло? — Бесцеремонно перебил его Куру.
— Да, долго рассказывать.
— А мы никуда не торопимся — летописец, тоже был зол, и непреклонен.
— И не надо увиливать, это тебе не шутки — это уже Кулуриэнь.
— Я не думаю, что вы, чем-то поможете, так зачем вам это знать.
— Затем, что ты нам далеко не безразличен — пылко воскликнула Вилисиль. — Так, что давай выкладывай.
— Да — добавил Рунин — мы как бы семья.
— Ну раз так… — Априус был, прижат к стенке, ему не куда была деваться, и он рассказал все без утайки, опустив только, все связанное с Инилией.
— Что-то я не заметил — бесцеремонно заявил куатар. — когда ты успел стать идиотом. Лезешь в одиночку, куда не попадя, ради чего такой риск?
— Согласен с Куру — безжалостно, процедил Дрендом сквозь зубы — такая безрассудность, это… это… Да и мы, как бы не сами по себе.
— Не волнуйся, я себя уже всего изъел, как Уроборос, какой. У меня было время, подумать пока висел прикованным к скале. Другой вопрос, как быть с тем, что теперь во мне.
— Тебе это сильно месает? — Неожиданно поинтересовался Яша.
— Да как тебе сказать, сейчас вот с вами, совсем не мешает.
— Ну вот тогда, и будешь, под нашим присмотром — хитро прищурилась Кулури. — И днем, и ночью, и в походах.
— Ага — согласилась Вилисиль — неусыпно будем оберегать…
Априус улыбнулся, чистой искренней улыбкой, впервые с момента пленения, на душе, постепенно становилось светло и легко.
— Но на этот раз, я с ними не закончил — вдруг непреклонно заявил он.
— С кем? — Не понял Куру.
— С Узурпаторами… Ну с Правящими. Богинь может, трогать и не буду, но с братиками поквитаюсь.
— По-моему ты совсем спятил — аж подскочил Дрендом — и думать о такой глупости забудь. Советую тебе, как старший, и много чего повидавший, товарищ.
— Успокойся, это будет не сейчас. И не в ближайшие годы, все должно вызреть. А теперь рассказывайте как у вас дела? Кто из патрульных приходил?
— Сейчас в замке Хитар, вчера ушли Ингольд с Вильварин, да сам узнаешь, чего нам тут торчать, идем в малый зал, там и поговорим. Сейчас только, лошадок пристроим.
— Эти лошадки сами, кого хочешь, пристроят — буркнул Саяр.
В этот момент, раздался оглушительный треск, и грохот от раскатывающихся бревен, и валящихся столбов. Это Трезор, сумевший развалить стены вольера, со всех ног мчался к Априусу, ведь они так давно не играли. Да и преданней собак, никто не бывает.
С разбегу напрыгнув, на хозяина, по щенячьи поскуливая тремя голосами, пес попытался облизать лицо Априуса, тот приобнял цербера, погладил, почесал за каждым ухом, и оттолкнув приказал сидеть. Но пес на радостях, команду не выполнил, а начал нарезать круги, вокруг, людей.
— А идемте на пляж — предложила, Кулури — ты то там, так ни разу и не был.