— Мам, а папа усол?
— Ушел, милок, на работу ушел. Умойся вот, — подвела она мальчугана к умывальнику. — Промой глазки, завтракать будем скоро.
— Хочу лошадку посмотреть, такую, как я сейчас катался.
— Где ж ты, сокол мой, катался?
— Тут, — показал Дениска на дверь в горницу.
— А-а, — догадалась мать, — снилось тебе, видно.
Дениска утвердительно кивнул головой.
— Почему?.. — хотел что-то спросить мальчик, но осекся, увидев сидящего в углу на скамье человека с газетой в руках, которого он не заметил со сна.
Дяденька был весел. Он улыбался, держал в руках газету, которую не читал, а смотрел на мальчугана. Смотрел и улыбался.
Дениска смутился, потупившись стоял посреди комнаты.
Мать с интересом наблюдала за ним.
— Ну, иди ко мне, герой, — весело сказал дядя, доставая из портфеля коробок с конфетами и еще один, маленький, с почти взаправдашним пистолетом, который по-настоящему стреляет огнем.
— Что надо сказать? — спросила мать.
— Спаси… — Дениска так обрадовался и растерялся, что последний слог произнес совсем тихо, и у него получилось вместо «бо» — «по».
— Ничего, ничего, — подбодрил мальчика приезжий, — иди, поиграй. — И он легонько потрепал Денискин ершик на голове.
Однако Дениске далеко уходить не хотелось. Он подошел к лавке, положил коробки. Достал конфетку и сунул ее за щеку. Потом вынул пистолет и стал внимательно его рассматривать, недоверчиво еще поглядывая в угол.
— Значит, Людмила квартиру получила? — переспросила мать у приезжего.
— Что вы, такая радость у них…
Дяденька отложил газету, уселся поудобней, поглаживая рукой русую бородку.
— Три дня гостил на новоселье.
— А далеко ли от центра?
— Трамваем десять минут. В новом районе, есть такая улица Шишкова. Квартира современная. Лоджия, мусоропровод, не говоря уж о газе, ванне и прочем.
— Хорошо, дай бог, — вздохнула мать.
Дениска знал, что дядю зовут Юрием. В прошлом году он заезжал к ним, но побыл всего несколько минут, так что шофер даже не выключил мотора, машина ждала его у самого дома. В тот раз дядя Юра привозил им с Леной пряников. Больше Дениска ничего о нем не знал.
Юрий Солодов, племянник Марины, студент пятого курса Воронежского университета, был на практике. Вернулся из Казахстана, а теперь заехал к себе на Дон, в Петровск. И вот приехал проведать свою тетю. В Починки приезжал он из года в год, все пять лет регулярно, но Дениске запомнился прошлогодний его приезд, остальные он не помнил.
Постепенно Дениска освоился, стал привыкать к своему дяде. Сначала он подошел, угостил его и мать конфеткой. Потом спросил, как стреляют из пистолета. А когда сели завтракать — Дениска настолько пообвык, что уселся Юрию на коленки.
— Маленький, — стыдила мать.
— Ну-ка, слезь, — требовала сестренка.
— Ничего, ничего, — усмехался Юрий.
— Год нынче добрый, всего вдоволь, — хозяйка подала на стол парное мясо, картофельное пюре, салат из помидоров, сметану, хлеб…
— Люблю витамин цэ, — сказал Юрий, потирая руки, — как-то: мяс-цэ, сальцэ…
Дениска запросился с колен:
— Ты чего?..
Юрий ловко поставил мальчугана на пол.
— Вот, — показал тот указательным пальцем на дверку кухонного стола, — сало.
— Ай да молодец! — расхохотался вдруг Юрий. — Не дашь с голоду умереть. Мечи на стол, а то мать хотела утаить.
Крупные серые глаза Юрия весело блестели, он вынул носовой платок в голубую клетку — вытер лоснящийся лоб.
Марина с Леночкой весело переглянулись.
— Да оно же старое, прошлогоднее, — всплеснула руками хозяйка, — пожелтело все.
— Давай, давай, — подзадоривал племянник.
Пришлось Марине доставать сало.
— Вот это от души, братишка… Спасибо…
Завтрак прошел весело. Юрий рассказывал про свою студенческую городскую жизнь. Делился с теткой планами на будущее.
Леночка с гордостью наблюдала за Юрием и отмечала про себя, что ее двоюродный брат и сидит за столом осанисто, не так, как все, и даже вилка и нож в его руках держатся по-особенному. «Настоящий городской у меня брат, и учится в университете», — думала девочка. И как же она удивилась, когда услышала, что Юрий не любит город, что Воронеж ему порядочно надоел, и он не чает того дня, когда получит наконец направление по распределению и уедет с экспедицией куда-либо в степь или в горы.
Откуда было знать девочке, что брат ее просто-напросто бравировал.
После завтрака Юрий встал из-за стола, улыбнулся:
— Спасибо хозяйке и этому дому за хлеб-соль.