– Ты чё? Какие вступительные? – говорил Алекс. – Я уже просрал все вступительные.
– Ты тайно сдавал их, что ли? – скривился Макс.
– Блин, я не сдавал их! Я пропустил их.
Макс облегчённо выдохнул: на секунду он подумал, что Алекс скрыл от него такой важный этап, как вступительные экзамены, и чуть было не почувствовал себя уязвлённым.
– А почему?.. – Макс отхлебнул горячий чай. – Ты ж хотел вроде.
Он был уверен, что, окончив школу, Алекс бросится скрупулёзно рассматривать условия университетов, чтобы выбрать наилучшее место для своего страстного увлечения последних лет – программирования. Незаметно наступила середина августа, и оказалось, что Алекс так же не думал о будущем, как и его друг.
– Хотел, да… – Алекс поставил на стол тарелку со слойками и сел, наконец-то справившись с сервировкой. – Папа просто сказал, что если я поступлю, то всё – потом ни одной свободной минуты не дождусь: сначала учёба будет, потом работа. Говорит, чтобы я отдыхал, пока есть возможность. Говорит, оплатит мне весь год, чтоб баклуши типа бил безбедно. Ты ещё явно никуда пока не собираешься, так что погулять год? Как от такого откажешься?
– А-а…
– Папа говорит, что я, может, за это время лучше пойму, что именно хочу, отзывы там почитаю, в принципе поизучаю, какие направления востребованы и где лучше платят… Всё такое. В следующем году буду поступать.
– М-м.
– Ты-то как?
Алекс редко заговаривал с Максом о дальнейшей учёбе, потому что как никто знал, что он не любил эту тему.
– Да никак…
– Хоть какие-то мысли есть?
– Никаких. С мамой и папой поговорил только. Они, как твой папа, решили, что, если я погуляю год, никому хуже не будет. Типа тоже думают, что меня озарит, что я хочу. Тоже сказали, что дальше отдыха не будет вообще. И зачем стремиться дальше тогда? – проворчал Макс. – Если там только хуже…
– Они имеют в виду, что такого отдыха больше не будет. Школьники всё лето отдыхают. Да и в принципе не батрачат с утра до вечера. Тебе, кстати, достаточно? – Алекс указал подбородком на слойки. – Или посущественнее чё хочешь? У меня грибная лазанья есть.
– Я не хочу есть… – сказал Макс, сгорбившись над чаем.
– Не унывай ты так. Я вон оптимистично на всё смотрю. Мы с тобой вообще в лучшем положении из возможных: у твоих родителей есть деньги, у моих есть, нас никто не гонит, реально выберем, что больше всего нравится, потом отучимся в своё удовольствие, после этого работа уже не такой страшной покажется. Может, это, бизнес с тобой замутим, – развеселился Алекс.
– Какой ещё бизнес? – буркнул Макс.
– А что, башка у тебя варит. Я вон на гейм-кодера выучусь, а ты будешь сценаристом. С твоей фантазией мы такие игры забацаем, деньги лопатой загребём.
– Я не думаю, что я хочу быть сценаристом… Я не знаю, кем я хочу быть, – Макс поморщился. – И ты ещё наверняка женишься.
– Чего? – брови Алекса взлетели от удивления.
– Чё слышал. Ты у нас этот… серьёзный. В универе девушку найдёшь себе под стать, и это… поженитесь, по-любому, – говорил Макс кружке чая. – Съедешь отсюда.
– Ну-у… Есть такая вероятность.
Макс знал Алекса с пелёнок: знал, что за его неприветливым фасадом скрывалась сентиментальная душа, без злобы презиравшая Макса за ветреность. Алекс ждал появления в своей жизни любви; найдя её, он должен был поступить в соответствии со своей натурой – жениться.
– Я устал чё-то… – Макс поднялся со стула. – Спасибо за чай, я к себе пойду.
– Хорошо, давай.
Макс пришёл домой, прошаркал в гостиную и развалился на ковре. Настроение было чёрным. Он боялся, что Алекс женится, съедет и перестанет быть его «вечным соседом». Сильнее, чем это, он боялся, что, поступив в университет, Алекс найдёт себе друзей по интересам: будет проводить с ними свободное время, сидеть в их квартирах, с горящими глазами обсуждая всевозможные идеи, и водить их к себе, чтобы показать свои наработки. Он посчитает Макса скучным – тем, с кем нельзя поговорить на интересные темы. Даже если Алекс и не отыщет друзей в универе, он найдёт их на работе: сойдётся с каким-нибудь увлечённым парнем, они уволятся и организуют стартап. И Макс будет нужен ему только затем, чтобы раз в полгода поностальгировать о юности во время выгула собак.