– Ловлю на слове. А ты как? – бросила Майя Артуру. – С Юной мутишь, наверное?
– А вот и нет, – задето ответил он.
– А чё? Она ничё.
– Давай сначала ты про себя расскажешь, а потом я про себя, – Артур уткнул руки в бока.
– Ой, мне нечего рассказывать, – отмахнулась Майя. – У меня не такая насыщенная жизнь. Так что колись: целовался уже с ней?
– Иди ты знаешь куда?! – внезапно вздыбился Артур: он видел в вопросах Майи намеренное издевательство над его романтичной натурой и бесчувственное желание себя развлечь.
– Ты чё завёлся?! – Майя вскочила с дивана. – Ты в последнее время раздражительный невыносимо просто! Что с тобой?!
– Как часто я у тебя напрямую спрашивал, целовалась ли ты с кем?
– Ты чё такой чувствительный? – поморщилась Майя. – У тебя, может, эти? – она брезгливо махнула рукой на его пах, – мальчуковые проблемы?
Артур покраснел, но в этот раз от оскорблённого негодования. Он разочарованно покачал головой и, ошпарив Майю обиженным взглядом, умчался в свою комнату.
– Блин, ты чего? – с осторожным неудовольствием спросила Ада, вставая с дивана. – Зачем такое говорить?
– Я не права, по-твоему? – Майя решительно развернулась к ней, сверкая большими круглыми глазами. – Почему он, по-твоему, такой раздражительный? У него там, видимо, шевелиться что-то начало, теперь его все девочки бесят.
– Майя, – аккуратно обратилась к подруге Ада, положив руку ей на плечо и заглядывая ей в лицо, словно высматривая остатки непомутнённого сознания, – не нужно думать, что он с другой планеты. У нас у всех сейчас сложный возраст.
– То есть ты на его стороне? – Майя рассерженно отстранилась, ткнув пальцем на дверь его комнаты. – Пусть будет раздражительным, пусть ест нам мозг: у него сложный возраст, ему простительно! А я не могу прикрыться сложным возрастом? Я должна тщательно подбирать слова, чтобы не задеть его чувствительную душонку?
– Майя, он тебя слышит, скорее всего… – с испуганным удивлением произнесла Ада.
Майя раздосадованно махнула рукой и ушла в прихожую. Ада хотела попросить её извиниться перед Артуром, но не смогла: Майя мгновенно вылетела из квартиры.
– Отчитывать меня взялась, – шёпотом кипела Майя, отрывистой походкой несясь к дому. – Ты мне мама или кто?
Она не хотела думать о произошедшем. В ней бурлила обида – этого было достаточно для переживаний. Жёлто-рыже-бурые листья осенних деревьев сверкали на солнце, маня выходить из дома, чтобы неторопливо гулять и наслаждаться сказочной осенью; Майю разозлили эти деревья: они были слишком красивыми для её настроения.
Вдруг она увидела знакомую фигуру, знакомой походкой направлявшуюся к её дому. Фигура была одета в очень знакомый костюм, который обладатель фигуры выбирал несколько часов подряд, примеряя все возможные сочетания и недовольно вертясь перед зеркалом.
– Ма-акс! – радостно позвала Майя, приподняв руку и побежав к нему.
– О, привет.
– Я знаю, откуда ты, – она растянулась в улыбке, когда они зашли в подъезд.
– Это твоё дело?
– Ой, да ладно, – веселилась Майя. – Можешь не отнекиваться. А чё ты в парке не бегаешь? – спросила она: они жили неподалёку от огромного центрального парка.
– Блин, говорили уже, – проворчал Макс, нажав в лифте кнопку «10».
– Ну и что, если кто заметит, что ты бегаешь? Все подумают «какой спортивный».
– Занимайся своими делами, ладно? – сдержанно огрызнулся Макс.
Майя поникла: её дела были из рук вон плохи. Хоть она и решила делать стендап совсем-совсем недавно, она уже сомневалась, получится ли у неё придумать пяти- или десятиминутный материал до конца зимы. Ещё больше, чем это, её печалила (и злила!) ссора с друзьями.
– Блин, обиделась, что ли?
– Нет… Просто… поссорилась только что… – подавленно призналась Майя.
– С кем?
– Да с этими двумя…
– С близнецами?
– Угу.
– Из-за чего?
– Да неважно, – досадливо ответила Майя.
Макс бросил рюкзак на пол прихожей и пошёл на кухню, чтобы поесть перед тем, как пойти в душ: он всю поездку до дома слушал свой урчащий живот.