– Подожди… А этот? – Артур показал рукой на донимавшего её парня – тот стоял рядом с другой четырнадцатилетней девочкой и рассказывал ей что-то, пока она, восхищённо приоткрыв рот, во все глаза смотрела на него. – Чё от тебя хотел?
– Подкатывал.
– А… А ты?
– Теперь прячусь от него. Дай мне пройти.
– Ну подожди… – прохныкал Артур. – Можно я это… обниму тебя?
Майя сдержала смех.
– Если ты пьяный, это не значит, что ты должен вести себя как типичный пьяный.
– Ну пожалуйста. Ну я хочу тебя обнять.
Сдавшись, Майя без энтузиазма расставила руки. Артур так крепко прижался к ней, словно они встретились впервые за много лет.
– Это ещё чё за зрелище?
К ним подошла Ада. Она казалась совсем не пьяной. Майя указала пальцем на Артура и губами проартикулировала «пьяный».
– Эй, обнимашка, – Ада похлопала брата по плечу, – заканчивай.
Артур отстранился от Майи и, пряча лицо, убрёл восвояси.
– Чё не танцуешь? – спросила Ада подругу.
– Не хочу.
– Пошли посидим тогда: я натанцевалась.
Они присели на диванчик. Теперь было видно, что Ада всё-таки была пьяной, но несильно: опьянение не сделало её шаткой и развязной, но зажгло в глазах что-то дерзкое – похожее на презрение ко всему вокруг.
– Ну Артур… – вздохнула Ада. – Уже не в первый раз напивается. Чувства контроля – никакого. Чё говорил хоть?
– Спрашивал, люблю ли кого, – укоризненно пересказала Майя.
– И как? Любишь?
– Ой, как я не хочу про это говорить… Но так да. Люблю.
– Всё-таки? – изумилась Ада. – И кто он?
– Я тебе обязательно скажу, но давай как-нибудь в другой раз, – умоляюще сказала Майя. – Потом обязательно скажу. А чё ты так удивляешься, кстати? Сама говорила, что на кого-то тут глаз положила. Это не он, кстати? – Майя показала на парня, с которым Ада флиртовала в начале вечера.
– Он, он. Но это так, несерьёзно.
– Несерьёзно? – удивилась Майя: она определяла любовь, как нечто нешуточное; неужели Ада воспринимала её по-другому? – Это как?
– Да так, просто ради удовольствия. Я тебе всё в подробностях расскажу, если хочешь, – хищно улыбнулась Ада. – Но ты не хочешь. Давай в другой раз. Я пойду потрусь в его сторону, если ты не против.
– Ты не влюблена в него? – выпалила Майя, как только Ада встала с диванчика.
– Не знаю, что должно случиться, чтобы я влюбилась, – фыркнула Ада и ушла.
Майя, вздохнув, тоже решила подвигаться, побродив по вечеринке.
Она не могла больше сочинять шутки – ей было слишком тревожно, и дальше становилось только хуже. Всё вокруг вертелось в пьяной, громкой и развязной пляске. Кто-то сталкивался с ней в угаре танца; кто-то интересовался, кто она и откуда пришла; кто-то спрашивал, как её зовут, дыша на неё проспиртованным ртом. Артур прыгал под музыку, иногда поддерживая прыжки протяжными «у-у!»; Ада из рассудительной и спокойной девочки превратилась в королеву уверенности; заливистый смех Юны раздавался то с одной, то с другой стороны. Парень с высокими скулами несколько раз подходил к Майе, предлагая то где-нибудь посидеть, то показать ей подсобные помещения, полные «интересных штук», то потанцевать; он постоянно касался то её плеча, то волос, то талии.
– Забери меня отсюда, – вжавшись в угол уборной, прорыдала Майя в трубку. Несколько девушек насмешливо покосились на неё.
Это была глупая просьба: у Макса не было своего автомобиля. Чтобы поскорее забрать её отсюда, ему нужно было вызвать такси, доехать до клуба и уехать обратно вместе с ней. С этим же успехом она могла вызвать такси самостоятельно, но ей нужно было, чтобы кто-нибудь, кто её любил, как можно быстрее забрал её под своё крыло. Макс, к её облегчению, не стал спорить.
– Скоро приеду, – бросил он. – Напишу, как буду подъезжать – выйдешь.
Майя закрылась в освободившейся кабинке, опустила крышку унитаза, села на него и принялась ждать.
Дождавшись сообщения Макса, она выскочила из кабинки, домчалась до вешалок, откопала свою куртку, набросила её на себя, засунула шапку и перчатки в карманы и вылетела на улицу.