– Его-то почему?
– Потому что ему приходится оправдывать тебя! – смятённо отчитывала её Рита. – Он даже раздражается на мои вопросы о вашем якобы-выступлении! Я бы тоже раздражалась, если бы мне пришлось выгораживать чью-то неудачную шутку!
– Закончила? – со спокойной дерзостью уточнила Майя.
– Я буду делать фокусы, – с праведным пылом заключила Рита. – Одна. Спасибо за идею, – договорила она и ушла.
Майя пожала плечами, не огорчившись этим распеканием – она не воспринимала Риту всерьёз. К тому же она изрядно позабавилась: Рита успокаивала себя тем, что Макс раздражался не на её неуклюжие приставания, а на необходимость защищать выходку Майи.
«Выгородила любимого. О, помяни чёрта».
Из класса вышел Макс. Вместо того чтобы озираться по сторонам в поисках сестры, он перекинулся парой слов с одноклассницей, и они с явно-скрываемым заговорщическим видом ушли к двери на лестницу и исчезли за ней.
«Внезапно. И куда эти двое пошли?»
Рот Майи расплылся в хищной улыбке, а глаза заблестели предвкушающим блеском: она знала, что это была за лестница.
Эта лестница соединяла второй этаж с первым и вела к тем кабинетам первого этажа, которые были в дальнем крыле здания. Она не вела выше – на третий, была далеко от выхода из школы, а её двери всегда были захлопнуты и открывались с характерным гулом. Межэтажная площадка на ней была идеальным местом для приватных разговоров: те, кто не хотел, чтобы их подслушивали, выходили туда и, если видели, что там кто-то шёл, просто проходили дальше – на другой этаж; переждав, они снова заходили внутрь и, если там наконец-то никого не было, устраивались на площадке, откуда могли видеть двери первого и второго этажей; никто бы не прервал их внезапным появлением: заслышав зачинающееся ворчание двери, они бы замолчали и сделали вид, что просто шли в противоположную от нежданного человека сторону. Недавно, возвращаясь с репетиции, Ада, Артур, Юна и Майя, завидев, что на этаже уже никого не было, протестировали, можно ли было открыть дверь на эту лестницу так, чтобы она не издавала шума. Оказалось, что можно: нужно было просто делать это очень медленно.
Майя как бы невзначай подошла к двери и, вытащив телефон и имитируя переписку, принялась неторопливо засовывать ступню между её створками. Никто не обратил на неё внимания: все торопились в другую сторону – к выходу. Дверь, к удовлетворению Майи, не издала ни звука. Майя помогла себе ладонями, просунула голову внутрь и увидела следующую картину: Макс и его одноклассница стояли на площадке между этажами и увлечённо целовались. Майя вернула на лицо довольную улыбку: это было именно то, что она ожидала увидеть.
– У-ух ты-ы, – с медленной издёвкой протянула Майя, проскользнув внутрь.
Парочка разнялась, и одноклассница Макса – блондинка с длинными и гладкими волосами, одна из школьных див – скорчила сердитое лицо, окатив Майю неприязненным взглядом. Макс, в отличие от неё, обрадовался сестре: ему понравилась её выходка – ему в принципе нравились выходки.
– Ты, вообще-то, со мной обещал сходить, – заговорила Майя, чтобы не ставить Макса в неловкое положение: наверняка одноклассница ожидала, что он вступится за них и отчитает младшую сестру за шалость; и наверняка они встречались: Макс никогда не целовался с девушками, с которыми не состоял в отношениях – он отчего-то боялся, что иначе с него спадёт романтический флёр, который, как он думал, всегда покрывал его, окрашивая в невесомые возвышенные оттенки. – Репетиция через десять минут.
– Значит, у меня было десять минут, – уверенно парировал Макс, улыбаясь Майе.
Девушка круто обернулась к нему, не веря ушам. Окатив неприязненным взглядом и его, она громко цыкнула, сорвалась с места и унеслась вниз, прошумев дверью.
– Вы теперь в ссоре, ты в курсе? – медленно шагая вниз, довольно сказала Майя.
– Разберусь, – легко бросил Макс, поднялся, притянул её к себе и крепко поцеловал в волосы. – Скажу, что у меня избалованная младшая сестрёнка: я в ней души не чаю и ни в чём не отказываю. Я думал, ты меня у входа в зал ждать будешь.
– Я решила пошалить.